— Видишь ли ты, о Спитфайр, того, что разъезжает перед ними взад-вперед, подгоняя их войско? Так всегда ездил Кориний, и ты легко сможешь его узнать даже издали по его рисовке и небрежной осанке. Но взгляни на это диво: кто-нибудь когда-нибудь слышал, чтобы этот юный сорвиголова сбегал с поля битвы? А теперь, когда мы уже на расстоянии броска копья…
— Клянусь светлым оком дня! — воскликнул Спитфайр, — Ты прав! Неужто он уклонится от сражения со мной? Я выпущу против них нескольких конников, чтобы задержать их прежде, чем они скроются с глаз.
С этими словами он отдал команду своим конникам скакать на врага. И они поскакали во главе с Астаром с Реттрея, который приходился Зиггу зятем. Но витчландская конница встретила их у отмелей Аронской Бухты и удерживала там, пока Кориний с большей частью своей армии переправлялся через реку. И когда подтянулись основные силы Демонов и брод был занят, витчландцы были уже далеко и направлялись по заливным лугам к полоске земли между берегом и обрывами Тремнировой Кручи.
Тогда Спитфайр сказал:
— Они не останавливаются для построения даже в узком проходе между морем и Кручей. В этом было бы их спасение, если бы у них достало духа повернуться и отразить наш натиск, — и он громко закричал своим людям наступать на врага и не дать ни одному Витчу пережить это побоище.
И тогда пешие взялись за стремянные ремни конных, и они все вместе хлынули в узкий проход, и Спитфайр постоянно был впереди своих людей, рубя в толчее налево и направо, катясь на гребне вала битвы, который словно нес его к триумфу.
Но вдруг тот, кто с двенадцатью сотнями человек так рьяно преследовал пятнадцать сотен до узкой полоски под Тремнировой Кручей, запоздало обнаружил, что ему предстоит сражаться с тремя тысячами: Кориний, собрав своих людей, развернулся в проходе подобно волку в западне, в то время как сыновья Корунда, которые, как было сказано, высадились на берег в бурю под покровом ночи, набросились на них вместе со своими батальонами с лесистых склонов за Кручей. Так получилось, что ничего не предвещало для Спитфайра беды, пока она не грянула сокрушительным ударом во фланг, спереди и сзади.
Затем между утесами и морем началась ужасная бойня. Застигнутые врасплох Демоны были подобны человеку, споткнувшемуся о натянутую через дорогу веревку. Под жестоким натиском Витчей они были выдавлены на отмель, и морская пена побагровела от крови. И лорд Кориний, покончив с ложным отступлением, вступил в битву подобно потоку неугасимого огня, и никто вокруг не мог сдержать его ударов.
Конь Спитфайра был убит под ним ударом копья, когда тот, увязая в податливом песке, собирал своих людей, чтобы бросить их на Хеминга. Но Бремери из Рощ привел ему другого коня, и он столь яростно насел на Витчей, что сыновья Корунда были вынуждены отступить под его напором, и то крыло витчландской армии оказалось притиснуто к скалам у подножия Кручи. Но от этого было немного пользы, ибо Кориний прорвался с севера, вновь оттеснив Демонов обратно в море, так что те оказались зажаты между ним и Хемингом. Тогда Спитфайр с отрядом отборных бойцов перешел в наступление на Кориния, и некоторое время казалось, что могучие силы Витчей будут сокрушены и потонут в соленых волнах. И сам Кориний был в это время в большой опасности, ибо его конь завяз в мягких песках и не мог выбраться, сколько бы ни брыкался.
В этот самый миг к нему сквозь толчею прорубился Спитфайр вместе с отрядом Демонов, разя всех на своем пути. Ужасным голосом он прокричал:
— О Кориний, ненавистный мне и моим собратьям пуще врат Ада, сейчас я убью тебя, и твой бездыханный труп послужит удобрением для душистых лугов Аулсвика.
Кориний ответил ему:
— Проклятый Спитфайр, последний из трех ублюдков, ибо братья твои уже мертвы и сгнили, сейчас ты у меня отведаешь железной груши[86].
Тогда Спитфайр швырнул в него ременное копье. Оно не попало в наездника, но ударило в плечо его могучего коня, так что тот дернулся и осел кулем, раненный насмерть. Однако лорд Кориний, проворно приземлившись на ноги, поймал лошадь наезжавшего на него Спитфайра под уздцы и ударил ее по морде, так что та стала на дыбы и вильнула в бок. Спитфайр нанес ему мощный удар топором, но тот попал наискосок по гребню шлема и отскочил. Тогда Кориний ткнул мечом под щит Спитфайра, и острие вошло в мышцу на руке возле подмышки, и, скользнув по кости, рассекло мышцы плеча с другой стороны. И это была серьезная рана.