Выбрать главу

19 августа 1123 года.

Раннее утро на озере Ильмень было на редкость холодное для середины августа. Дни стояли ясные, днем было достаточно жарко, ночью, на дежурных ладьях, становилось зябко, даже тепло одетым бойцам. Сквозь густой туман солнце казалось огромным желтым шаром, но не было видно, ни близкого берега, ни стоящих на якоре соседних ладей. Звук, от идущей на веслах флотилии, не мог спутать даже неопытный сухопутный боец. По дежурным судам зазвучали свистки часовых. На командирской ладье, горнист заиграл «к бою». Загремели выстрелы винтовок.

Дежурная флотилия была обречена. Полтора десятка, конфискованных у новгородцев судов, образовали цепь от одного берега залива до другого. С берегом, и между собой, ладьи были связаны натянутыми тросами от лебедок. На якорях, полностью лишенные подвижности, они хорошо перекрывали выход новгородцам из города. И это же стало причиной их гибели. Суда противника легко находили себе жертву, и без помех таранили ее. Небольшие экипажи скворцовской флотилии, успевали сделать десяток-другой выстрелов до столкновения. Это не останавливало нападающих. Из скворцовцев спаслись лишь те, кто, бросая оружие, покинули суда вплавь.

Следующей целью нападающих стали суда, стоящие на якоре у берега. На каждом из судов находилось по паре часовых. Туман уже рассеялся, но шестьдесят стрелков не могли нести серьезный урон флотилии из пятидесяти ладей. Целая армия, более двух тысяч человек, атаковала небольшой отряд Скворцова. Стрелки отступили, отдав свою флотилию противнику. Новгородцы высадили небольшой отряд для преследования часовых. Остальная флотилия попыталась проникнуть в бухту, чтобы по Волхову спуститься к лагерю Скворцова.

Из Новгорода вышло около четырех тысяч ополченцев во главе с княжеской дружиной. Казалось, что исход битвы предрешен. Как только дело дойдет до рукопашной схватки, скворцовцев перережут, как овец.

Но знаменитое везение Скворцова, не оставило новгородцам ни единого шанса.

Началось с того, что командир разведки, Степан Багров, услышав выстрелы в заливе, поскакал во главе двух сотен казаков, для проверки на месте. Караульные, уже прощавшиеся с жизнью, увидев казаков, с шашками наголо, воспрянули духом, и остановили новгородцев беглым огнем. А казаки Багрова, на конях, легко смяли пехоту.

Второе везение было посолиднее. Новгородская флотилия затратила уйму времени для освобождения прохода в Волхов . Да и то, суда пробирались в залив гуськом.

Ополчение из города вышло, но стояло, не решаясь атаковать в одиночку. Это было наихудшим решением. Ополченцы находились на расстоянии более двух километров, но стояли очень кучно. Опытный стрелок за минуту делает из винтовки до двадцати пяти выстрелов. Ряды ополченцев таяли, как снег. Наконец конная дружина, численностью более пятисот воинов, решилась на атаку. Традиционно плотный отряд, тяжеловооруженных воинов, был рассеян на подступах к лагерю скворцовцев.

Третье везение за один день, это совсем невероятное стечение обстоятельств. Всю неделю держался восточный ветер. Две шхуны, из построенной комбатом серии, показали неплохую управляемость. Фома Ильич посадил на них своих морячков, разбавил их викингами, и поплыл вверх по Волхову. Ветер держался такой хороший, что шхуны шли не хуже драккаров. Вечером, перед битвой, отряд викингов, во главе с комбатом, остановились на ночевку в десяти километрах от Новгорода. Ранним утром Фома Ильич, оставив Гудмунда с викингами, на всех парусах поспешил в Новгород. Шхуны встретили врага на выходе из бухты в Волхов. На каждой шхуне было по сто пятьдесят бойцов и по тридцать викингов. Парусники проходили мимо каждой из ладей. Огонь винтовок был просто убийственен. Больше половины новгородской флотилии успело развернуться. Но спасения на озере Ильмень не существовало. Шхуны догоняли ладьи, и бойцы расстреливали новгородцев издалека. К преследованию присоединились казаки Степана Багрова, вместе с караульными. Они отбили у новгородцев свои же ладьи. И теперь легко догоняли и захватывали новгородские суда, на которых осталось мало живых гребцов.

Разгром новгородцев завершили викинги, ворвавшиеся на плечах бегущих ополченцев в город.

Правобережная часть города и кремль остались в руках новгородцев. На правом берегу Волхова находились только казачьи разъезды скворцовцев. Ополченцы с правобережья, перебрались по мосту через Волхов, загодя, для участия в нападении на войско Скворцова. Теперь, после разгрома ополчения, защитников правобережья осталось очень мало, и вернуться на свою сторону они не могли. Дружинники князя, оставшиеся в живых, успели собраться в кремле. Практически все они были конные. К полудню около пятисот викингов переправились на правый берег. Гудмунд отдал их под команду молодому вождю Фросту. На «торговой стороне» лестницы всплошную закрывали стены города. Обороняли стены жалкие остатки ополчения, по разным причинам, оставленные в городе. Фросту потребовалась пара часов для взятия правобережной части города.

Скворцов ввел свои войска в город к вечеру. Викингов переместили в лагерь, где ранее находился отряд Скворцова.

В каждом взводе скворцовцев находился переводчик-викинг. Василий предупредил Гудмунда, что он лучше выплатит викингам виру, чем допустит неповиновения своим приказам. Виру насчитали огромную. Убитых к счастью не было, но трем десяткам, особо возбужденным викингам, прострелили конечности.

Виру пришла требовать моложавая, красивая женщина, ровесница Скворцова. Чем более спокойным тоном пытался разговаривать с ней Василий, тем яростней становился натиск скандинавки. Только, когда она начала грозить Скворцову, что пожалуется своему брату Гудмунду, Василий понял, что к нему пожаловала теща. Та тоже не подозревала, в традиционно «плохо» одетом мужчине, грозного и безжалостного Скворцова.

Глава 11.

Свадьба.

Праздник – свадьба, ужасно утомителен и для невесты, но в отличие от жениха, она готова снова и снова совершать этот подвиг.

25 августа 1123 года.

Стены кремля были выше и толще городских стен. Башни кремля были выше и массивнее башен крепости в Старой Ладоге. Защитники кремля были лучшие дружинники Новгорода. Они добыли для молодого князя победу в тяжелейшем весеннем походе в Финляндию. Они смогли вернуться из этого похода, голодая весь обратный путь. Всеволод-Гавриил решил умереть, но не сдаться безродному выходцу из чужого мира. Одно плохо, не послушал молодой князь мытаря Давыда. Не захотел нападать на врага ночью, честь свою берег. И осталось у князя дружинников меньше сотни, да половина из них ранены. А подлый враг понагнал людишек своих строить башни высокие вокруг кремля. Помешать то им невозможно, по всем бойницам его стрелки метко стреляют. Дружинники один за другим погибают.

* * *

На пятый день осады кремля, башни вокруг кремля были построены. Фросту в подчинение отданы две сотни викингов. И дан категорический приказ: князя и княгиню взять живыми. В этот раз Фрост заслужил от комбата похвалу. Молодые викинги быстро набирались опыта.

Мытарю Давыду Скворцов обрадовался, как старинному другу, или старинному врагу. Не спрашивая его согласия, Василий загрузил его работой по управлению краем. Расстроенное хозяйство огромной страны нужно было приводить в порядок. Надо было пристроить к делу невоенную часть земляков. Провести перепись и обеспечить сбор налогов для содержания военных. А самому, вместо подготовки похода на Псков и дальше в Прибалтику, вместо планирования защиты в близкой войне с Киевом, Василию пришлось заниматься подготовкой к свадьбе. Энергичная теща постоянно следила, чтобы Скворцов не отвлекался по пустякам. Хотя брату Гудмунду и «племяннику» Фросту она отдыхать тоже не позволяла. «У них там матриархат», – обреченно понял, наконец, Скворцов.