Очень непростым образом отвечает. В его песне звучит как бы целый хор точек зрения, спорящих друг с другом, отражающих опыт разных людей. Многоголосое искусство Высоцкого — в страстном авторском переживании взаимоисключающих точек зрения как равноправных.
Начинается песня с отрицания успеха, с отказа от честолюбивых устремлений:
Следует целый ряд аргументов в пользу последнего ряда, надежного, удобного, дающего «перспективу» и «обзор». Но какой-то иронический подвох ощущается в авторском монологе, а дальше о прелестях последнего ряда говорится с болезненным оттенком обреченности:
Нет, что-то тут не то. Не от хорошей жизни эта любовь к последнему ряду. Однако наш собеседник стоит на своем и доводит свой исходный тезис до надрывной кульминации:
Мы вроде бы уже приняли эту точку зрения, согласились с тем, что не надо бороться за лидерство. 'Но… последний куплет ставит все с ног на голову:
Вот те раз! Что же получается? Сначала говорилось одно, а к концу — нечто диаметрально противоположное. Как же понимать автора?
А так, что жизнь — сложное и гибкое искусство, не терпящее готовых и стандартных рецептов. Что в одних случаях надо мужественно уйти в тень, отказаться от скорых успехов, не гнаться за славой и признанием. А в других случаях надо не пасовать, не малодушничать, не скромничать, а смело выходить навстречу жизни и людям, брать на себя бремя ответственности, а, если пошлет судьба, — то и бремя успеха, славы. Ведь вечные законы жизни нельзя понять одним умом, приняв раз и навсегда ту или иную рассудочную догму. Тайна жизни открывается только тому, кто постигает ее и разумом и душой вместе. Вот таким сложным и цельным сплавом мысли и чувства продиктована «Песня про первые ряды»; единством разума и души отмечено и все творчество Высоцкого.
Сам он умел достойно держать себя и в последнем ряду, и в первом. Ради успеха не поступался своими художественными принципами, не гримировал живых и нескладных своих персонажей, не редактировал своих песен в угоду боязливым чиновникам от искусства. Терпел все тяготы последнего ряда: почти не печатался при жизни, нечасто слышал свои песни с экрана (хотя сочинял для кино немало), сыграл в кино и в театре отнюдь не все, что мог и хотел. Но, слыша зов чудьбы, чувствуя, как жаждет народ песенного слова, без страха выходил в первый ряд и вел со своими современниками страстный разговор о самом главном и трудном.
Мы и по сей день ведем диалог с Высоцким, и его песни отвечают на многие наши сегодняшние вопросы. Отвечают всем и каждому. Это очень здорово, что у нас есть такой духовный тренер, который в одной ситуации предостережет нас от ненужной прыти:
а в другую минуту подбодрит и поможет преодолеть слабость, сказав:
Жизнь продолжается — и продолжается тренировка духа.
Примечания
Известно, что существует множество текстовых вариантов песен Высоцкого, зафиксированных магнитной лентой, и бытует мнение, что автор на своих выступлениях или в кругу друзей в зависимости от настроения или еще каких-либо причин пел то один, то другой, но так на единственном варианте и не останавливался. Это понятие о творчестве поэта представляется нам в корне неверным.
Многолетняя работа над текстами песен Высоцкого убедила в том, что у автора непосредственно за написанием рукописи следовал длившийся иногда до нескольких месяцев период шлифовки и уточнения текстов — при исполнении им своих произведений на публике. Следствием этой работы являлся единственный — окончательный — вариант, исполнявшийся впоследствии из концерта в концерт практически бее изменений. Причем внесенные в текст изменения, как правило, на бумаге не фиксировались. Существуют, конечно, и равноправные варианты отдельных строк, но мы говорим об основной тенденции.
Вследствие огромной популярности песен Высоцкого почти все его выступления записывались любителями на магнитофонную пленку. А автор, бывало, прийдя к устойчивому варианту, переставал исполнять песню, и в итоге на небольшое количество записей окончательного варианта приходится иногда вдвое больше фонограмм, зафиксировавших процесс поиска оптимального текста[7]. Кроме того, записи его песен распространялись с магнитофона на магнитофон хаотично — в основном без привязки ко времени исполнения и отнюдь не в хронологическом порядке[8]. Поэтому часто первоначальный и промежуточные варианты песни распространены и известны наравне с окончательным, а иногда даже и шире, чем окончательный.
Распространенность того или иного варианта зависит от многих причин, и в том числе, как ни странно, от технического качества исходной фонограммы: технически чистая запись расходится быстрее и шире, чем запись той же песни (пусть — другого варианта ее), но произведенная на более низком техническом уровне. (Есть даже случаи, когда уничтожение не скопированных ни разу оригиналов фонограмм хозяева объясняли плохим качеством записи.)
Все это и породило бытующее представление о якобы существующих параллельно нескольких текстовых вариантах песен Высоцкого.
Следует отметить, что в некоторых случаях песня имеет не один, а два и более устойчивых варианта, но относящихся к разным периодам. (Например, последний устойчивый вариант «Песенки про прыгуна в высоту», написанной в 1970 году, исполнялся с 1978 по 1980 год).
Аналогов такого метода работы автора над текстом — даже в жанре авторской песни — мы не обнаружили[9]. И задачей публикатора здесь, на наш взгляд, является определение последней авторской воли, зафиксированной в последнем устойчивом варианте.
Наши выводы о методе работы Высоцкого подтверждаются и высказываниями отдельных мемуаристов, наблюдавших процесс формирования его текстов довольно близко и в течение определенного срока (например, А. Митта). По воспоминаниям Н. М. Высоцкой, матери поэта, на ее вопрос, почему он не ставит под рукописями даты, Высоцкий ответил: «А зачем’ Я пишу, чтобы запомнить текст…»
Все вышеизложенное относится и к вариантам мелодии. (Высоцкий на выступлении в Коломне 29.6.76: «…Я даже не знаю [когда пишу], какая будет песня — будет ли она смешная или просто ироничная, или — будет ли она печальная, или будет трагичная… И поэтому, когда я ее сделаю, я начинаю ее проверять на аудитории. И даже мелодия не установлена до конца, и только через 15–20 раз получается, выкристаллизовывается… мелодия».)
7
Здесь и далее речь идет о текстах тех стихотворений и песен, которые сохранились на фонограммах в авторском исполнении и известны исследователям.
8
Об этом еще в 1980 году писал Ю. Карякин («Менестрель», 1980, авг. — сент., а позднее — «Лит. обозрение», 1981, № 7, с. 98.).
9
Единственные похожий случай— творчество М. Жванецкого, но здесь автор фиксирует изменения текста в рукописи, а на выступлениях читает текст с листа.