«Ты есть мужчина, Ты есть женщина, Ты полон сил горделивой юности, Ты — ковыляющая старость, Ты во всем, и Ты есть все, о Господи».[208]
Это — единственное объяснение Космоса, которое удовлетворяет человеческий интеллект. Одним словом, мы рождены от Него, мы живем в Нем, и к Нему мы возвращаемся.
Человеческий ум так устроен, что он постоянно влечется к внешнему, как бы стараясь выглянуть из тела через органы чувств. Глаз должен видеть, ухо — слышать, все органы чувств должны воспринимать внешний мир, и, естественно, в первую очередь внимание человека обращается на красоту и возвышенность природы. Первые же вопросы, возникшие в человеческой душе, касались внешнего мира. В поисках ответа на них человек обращался к небу, к звездам, к другим небесным телам, к земле, к рекам, к горам, к океану; во всех древних религиях мы обнаруживаем следы этих исканий, направленных наружу. Божество реки, божество неба, божество тучи, божество дождя — все, что вне человека, что мы теперь зовем силами природы, преображалось, превращалось в волю, в божество, в небесного посланника. Однако вопросы становились все глубже, и ум человеческий уже не удовлетворялся ответами о явлениях природы, так что наконец человек обратился вовнутрь себя и задал вопросы собственной душе. Вопросы о макрокосме были повернуты в микрокосм, из внешнего мира во внутренний. Через анализ природы вне себя человек пришел к анализу своего внутреннего мира, и этот переход означал переход на более высокую ступень цивилизации, с более глубоким проникновением в суть природы, с более высоким уровнем развития.
Мы собираемся поговорить о внутреннем мире человека. Нет проблемы, более близкой и дорогой человеку, нежели эта. Сколько миллионов раз в скольких странах задавался один и тот же вопрос! Мудрецы и властители, святые и грешники, каждый мужчина и каждая женщина время от времени искали ответ на этот вопрос: есть ли нечто постоянное в быстротечности человеческой жизни? Неужели нет ничего не умирающего после смерти тела? Нет ли чего-то, что продолжает жить и после того, как телесная оболочка рассыпается прахом? Нет ли чего-то, что не сгорало бы в огне, обращающем тело в пепел? А если есть, то как это существует? Куда уходит? И откуда берется? Эти вопросы задаются с незапамятных времен и будут задаваться снова и снова, пока не кончится сама Жизнь, пока будет мыслить хоть один мозг. Но дело тут не в том, что не находится ответ, ответ находится, и с течением времени ответы становятся все убедительней. Собственно, ответ был найден тысячи лет назад, но он все время заново формулируется, получает новые подтверждения, проясняется в нашем мозгу. Поэтому и нам предстоит только дать новую форму старому ответу. Мы не пытаемся пролить новый свет на всеохватные вопросы, мы просто хотим изложить современным языком древнюю истину, выразить мысли древних в форме, привычной для современников, выразить мысли философов языком народа, выразить мысли ангелов языком человека, выразить мысли Бога языком несчастного человечества, чтобы понял их человек, ибо божественный источник, откуда почерпнуты эти мысли, постоянно изливается в каждом из нас, а потому человек всегда может понять эти мысли.
Вот я на вас смотрю. Что же именно надо, чтобы вас видеть? Прежде всего глаза, ибо пусть я буду совершенен во всех отношениях, не имей я глаз, я вас увидеть не смогу. Еще мне нужен подлинный орган зрения, поскольку глаза таковым не являются. Глаза — инструменты зрения, а за ними в мозгу есть нервный центр, вот он есть орган зрения. Если этот центр поврежден, то и при полной сохранности глаз человек не видит. Аналогичным образом устроены все наши органы чувств. Внешнее ухо — тоже просто инструмент, предназначенный для передачи звуковых колебаний вовнутрь, в нервный центр. Но и это еще не все. Представьте себе, что вы в библиотеке, вы углубились в чтение и не слышите, как пробили часы, раздался звук, по воздуху побежали волны, ваши уши в порядке, нервный центр в порядке, но вы ничего не услышали. Что же отсутствовало? Отсутствовал ум. Следовательно, для восприятий необходим и ум. Необходим инструмент, выведенный во внешний мир, необходим орган, которому инструмент передаст воспринятое, и, наконец, орган должен соединяться с умом. Если ум не соединен с органом, то и орган, и инструмент могут функционировать, мы же не будем этого осознавать. Но и ум играет роль только передающего устройства, оно должно донести воспринятое до интеллекта. Интеллект обладает способностью определять, и он решает, что именно было воспринято. Но и это тоже не все, интеллект должен представить все воспринятое владыке тела, правителю на троне, человеческой душе. Владыка отдает приказ, что делать и что не делать; приказ, идя сверху вниз, поступает сначала интеллекту, затем уму, органам чувств, которые передают это инструментам, тем самым завершая процесс восприятия.