Угадай, кого она повстречала на пароходе посреди Атлантики? Ладно, не напрягайся, все равно не угадаешь. Анархистку Эмму Гольдман. Та объездила пол-Европы с лекциями о свободной любви и теперь возвращалась в Америку. Чикита путешествовала первым классом, а Гольдман — с беднотой, но поздоровалась она так сердечно, что лилипутке стало ее жалко, и она пригласила ее на чай у себя в каюте.
Эмма сказала, что ждет не дождется прибытия в Нью-Йорк, чтобы поведать американкам про новшества в области контроля рождаемости и использования противозачаточных средств. «Мы же люди, а не кролики — хватит уж бездумно приводить детей в этот мир», — заявила она. Кроме того, она возвращается очень довольной, ведь черный стяг анархизма, как никогда высоко, развевается над Европой. Она, конечно, не одобряет убийство как метод политической борьбы, но приходится признать: смерть короля Умберто I стала отличным уроком для знати. И она рассыпалась в похвалах «отважному» Бреши, заработавшему пожизненное заключение только за то, что он избавил мир от коронованного паразита, упивавшегося страданиями и лишениями эксплуатируемых масс.
Чикита прикусила язычок, не желая вступать в споры, но встреча с Гольдман окончательно убедила ее, что ей с анархистами не по пути. Какая дурновкусица: чуть что — умертвлять аристократов и заметных политиков. Больше она постаралась не сталкиваться с Гольдман на палубе трансатлантического лайнера.
Глава XXV
Встреча в Алфаме. Орден Нижайших мастеров Новой Аркадии. Как и где родилось братство. Великие магистры, Верховные мастера и подмастерья. Металлический нос Тихо Браге. Скверные времена. Избранница Демиурга. Астральный двойник Чикиты посещает собрания.
14 декабря 1900 года Чиките исполнился тридцать один год. Она весь день не выходила из своего нью-йоркского отеля. Было холодно, спать она легла рано. И все же несколько часов спустя она была уже далеко-далеко и поедала тресковый паштет в лиссабонском квартале Алфама.
Как же ей удалось столь стремительно перенестись через океан во времена, когда авиация еще только зарождалась? Благодаря билокации. В ту ночь она узнала, что может находиться в двух местах одновременно: физическое тело спало на Манхэттене, а астральное внимало фаду на берегах реки Тежу.
Этим редким даром владели и некоторые исторические личности. На протяжении веков становились известны множественные случаи билокации. Этот феномен часто описывался в анналах Католической церкви. Например, святой Антоний Падуанский и святой Мартин де Поррес свободно билоцировались по своему желанию. А когда алхимика Калиостро заточили в Бастилию, его астральное тело отделялось чуть ли не каждый день и люди видели его преспокойно разгуливающим по Парижу. Сперва думали, что он сбежал, и кидались сообщать тюремщикам, но те всякий раз заставали заключенного в темнице. Со временем все свыклись с мыслью, что Калиостро способен находиться в двух или более местах в одно и то же время.
В ту ночь в Нью-Йорке Чикита уже совсем засыпала под одеялом, как вдруг заметила, что ее тело словно расслаивается надвое. Это неведомое ощущение очень ее напугало. Она не могла решить, следовать ли за астральным телом или оставаться в постели в физическом теле. Но выбирать не пришлось. Астральное тело само утянуло ее за собой, на леденящей скорости протащило по темному гулкому туннелю и приземлилось в некоей гостиной посреди Лиссабона.
Кто же восседал за тамошним столом и вслушивался в доносившиеся издалека фаду? Граф Примо Магри и его супруга Лавиния, русский горбун Драгулеску и паша Хаяти Хассид, турецкий лилипут[122]. Лавиния заметила, что Чикита прибыла в неглиже и накинула ей на плечи шаль. Чикита нервничала, но все, кажется, были счастливы видеть ее, и она постаралась успокоиться в надежде, что кто-нибудь милостиво разъяснит ей происходящее.
Налив ей бокал зеленого вина и угостив крокетами из трески, Лавиния начала материнским тоном:
— Дорогая, настал час говорить начистоту.
Чикита не сдержалась и перебила, умоляя развеять ее сомнения: сон это или нет? Все расхохотались.
122
Хаяти Хассид родился в Турции в 1852 году и добился большой популярности в Англии, Австралии и других странах, где выступал как «турецкий Том Большой Палец». Рост его составлял тридцать дюймов, вес — тридцать четыре фунта. Пользовался благосклонностью султана Мехмеда V, правившего Османской империей в 1909–1918 годах.