— Даже не сомневайся, — заверил его магистр оффиций. — Мой человек проведёт твоих людей к казармам.
— Ниман, проследи, чтобы всё было спокойно и без происшествий, — приказал Эйрих старшему дружиннику. — Эрелиева, Татий, ждите меня там. В город не выходите, по рынку походим завтра.
— Сделаю, — кивнул Ниман. — Буду следить, чтобы Хумул не порезал кого-нибудь из этих жирных петухов…
— Когда тебя ждать? — обеспокоенно спросила Эрелиева.
— Как закончится аудиенция у консула, — ответил ей Эйрих. — Уважаемый магистр, я готов идти.
— Следуй за нами, консул ждёт тебя, — произнёс Лигариан и направился ко входным вратам дворца.
Если консул отправил встречать Эйриха целого магистра оффиций, то ясно, кто в Константинополе всем заправляет. Флавий Антемий уже имеет абсолютную власть над востоком империи, поэтому Эйрих искренне удивлён, почему он до сих пор не исправил формальное недоразумение.[25]
Величие города поражало воображение Эйриха, но Большой императорский дворец чуть не выбил из него дыхание. Даже Альвомир, следующий за ним в качестве личного охранника, задрал голову и с выпученными глазами смотрел на витражные окна и лепнину с позолотой. Потом гигант, опустив взгляд, увидел своё отражение в полированном мраморе пола и чуть не споткнулся.
Они ступали по мраморному полу, меж колонн, к большим двустворчатым вратам, ведущим, судя по всему, куда-то в тронный зал.
Но во врата они не вошли, свернув в широкий коридор. Часть свиты незаметно исчезла, оставив их вчетвером — претора Эйриха, Альвомира, комита Иоанна и магистра Лигариана.
— Впечатляющий дворец, — поделился Эйрих впечатлениями.
— Думаешь? — без особого интереса спросил Лигариан. — Ты просто ещё не видел тронный зал.
Они дошли до обычной и ничем не примечательной двери. Магистр вошёл в неё и вышел, спустя десяток секунд.
— Консул заканчивает аудиенцию, поэтому придётся подождать, — сообщил он. — Я слышал, что ты одолел асдингов, угрожавших Филиппополю?
— Да, — кивнул Эйрих. — Они не доставили мне слишком много хлопот.
Когда знаешь, куда и зачем идут налётчики, очень легко сделать налёт неудачным. Римляне не понимают, как думают такие, как Эйрих, это одна из их основных проблем.
— Отрадно слышать, — улыбнулся магистр. — Талантливые полководцы у нас на особом счету. Если консул будет тебе что-то предлагать — лучше соглашайся.
— Мой народ тоже ценит талантливых полководцев, — ответил на это Эйрих.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь, — вздохнул Лигариан. — Когда я говорю об «особом счёте», имею в виду очень большие деньги, овации или, чем бесы не шутят, триумфы! Знаешь, сколько варварских полководцев возвысились до небес в Константинополе?
— У нас больше говорят о тех, кто отправился отсюда прямо на небеса, — усмехнулся Эйрих.
— Жить во дворце опасно, — не стал спорить магистр. — Но если держаться правильных людей, которые защитят и помогут…
Дверь открылась. В проёме был виден человек в белой тоге.
— … этот разговор был последним, Марк. Ты понял меня? — донеслось из помещения.
— Да, консул, — поклонился вышедший человек и засеменил прочь направо по коридору.
— Входите! — последовала команда из помещения.
Войдя в помещение, оказавшееся кабинетом, полным стеллажей с бесчисленными пергаментами, Эйрих удивился отсутствию характерных для римлян запахов. Не пахло ладаном, ароматическими травами и едой. У римлян в домах и даже в кабинетах всегда пахнет едой — здесь же пахнет лишь старыми пергаментами.
— Претор Эйрих Ларг? — встал из-за письменного стола довольно худой мужчина в простой белой тоге, имеющей пурпурную кайму.
На вид ему лет сорок, видно, что руки его не знали ни сохи, ни меча — будь обстоятельства иными, Эйрих бы тоже предпочёл управлять своей державой пером, а не оружием.
В целом, худоба этого черноволосого и кареглазого мужчины выглядит не болезненной, а кожа лица имеет здоровый румянец, но он был бледнее, чем тот же Эйрих или, особенно, Альвомир.
Гигант ведь проводит большую часть дня под солнцем, предпочитая, когда не надо никого убивать или стоять за спиной Эйриха грозной скалой, наблюдать за облаками или сидеть у ближайшей речки, кидая камешки в воду или ловя рыбу удочкой — Эйрих иногда завидовал ему.
— Я, — кивнул Эйрих. — Рад приветствовать тебя, консул Флавий Антемий.
Иоанн Феомах поклонился ему и встал у двери. Альвомир не знал, как себя вести в такой нетипичной ситуации, но увидел, что римлянин встал у двери, поэтому неловко обойдя его, примостился рядом.
25
Флавий Антемий — крайне высокопоставленный человек в Восточной Римской империи, фактически, её правитель всё время своей деятельности консулом. Родился он в римской провинции Египет, где-то во второй половине IV века, но точных дат нет. Активно орудовать на политическом поприще начал в 383 году н. э., отправившись к Сасанидам в составе посольства. Элия Евдоксия, жена императора Флавия Аркадия, покровительствовала Антемию и продвигала его по ступеням дворцовой иерархии: в 400 году н. э. он стал комитом священных щедрот, а в 404 году н. э. магистром оффиций. В 405 году н. э., после подавления бунта последователей низвергнутого Иоанна Златоуста (архиепископ Константинопольский неустанно катил бочку на Элию Евдоксию, за её порочный образ жизни и за то, что она слишком сильно влияет на императора), «внезапно» взлетел аж сразу на должность консула, потому что поддержал императрицу в тяжкую пору и вообще, показал себя верным до омерзения.
Надо сказать, что при императоре Флавии Аркадии участвовал в жизнедеятельности обеих частей империи, но потом сфокусировался исключительно на Востоке, потому что консул Флавий Стилихон, орудовавший на Западе, начал против него политическую борьбу. Останется только один! В итоге Стилихон сдох (по причинам, не связанным с Антемием), а Антемий без Востока уже не мог, поэтому даже не пробовал лезть на Запад. Когда жена императора сыграла в усыпальницу, Антемий не растерялся и показал себя полезным. Главным программным тезисом консул обозначил борьбу с коррупцией и злоупотреблениями со стороны чиновников, что пришлось по душе скорбящему императору и позволило втереться к нему в доверие. Время шло, борьба была результативной, а потом, по всей видимости, эта борьба вошла Антемию в привычку. Когда в усыпальницу сыграл император, было золотое время для госпереворота, но консул этим не воспользовался.
Я не верю в то, что Флавий Аркадий сумел создать надёжную систему сдержек и противовесов, поэтому склоняюсь к мысли, что Антемий действительно был верен, поэтому подписался под регентство и начал орудовать на все деньги, без каких-либо ограничений. Он достроил стену, потом названную Феодосиевой (а это была инициатива Антемия, ибо начал он её в 408 году), заключил новый мирный договор с Сасанидами, разобрался с проблемой египетского зерна и, когда империя стабилизировалась, тихо исчез с политической арены. Феодосиева стена, при тесном взаимодействии с византийским флотом, жестоко встречала аваров, Сасанидов, арабов, славян, потом, из-за ослабшего флота и идиотской политики, уступала крестоносцам, а затем неоднократно обламывала зубы османам. В 1453 году старушка дала слабину, в последний раз. И это стена, которую построил Флавий Антемий.