— Вот твоё золото, Эйрих, — подвинул консул поднос с монетами.
Эйрих бегло посчитал деньги и с некоторым удивлением насчитал что-то около двухсот солидов.
— Это вдвое больше, чем мы уговаривались, — произнёс он.
— За уничтожение двух центурий предателей, — сказал на это Флавий Антемий. — Я умею быть щедрым с людьми, приносящими пользу.
— Это красит человека, — усмехнулся Эйрих, доставая пустой кошель и сгребая в него часть монет. — Альвомир, возьми кошель и дай мне пару новых.
Двести солидов — это чуть меньше двух мин,[40] поэтому пусть их тащит Альвомир, которому не в тягость.
Переместив монеты в кожаные кошельки, Эйрих поднял взгляд на консула.
— Хочешь служить мне? — спросил тот.
Это был очень хороший вопрос.
С одной стороны, можно достичь небывалых высот в политике, а также получить, со временем, под командование лучших воинов Римской империи.
Но с другой стороны, будет предел, всегда будет император, который имеет больше прав на престол, а попытки узурпации, если смотреть на жизнь реалистично, зачастую обречены на провал. В племени остготов Эйрих уже имеет довольно высокое положение с возможностью, когда наступит правильное время, забраться на самую вершину.
— У меня есть долг перед Сенатом и народом остготов, — ответил Эйрих.
— Жаль, — с искренним сожалением произнёс консул Флавий Антемий. — Но я ведь могу рассчитывать на твою дружбу?
— Мы сделали слишком много хороших поступков друг для друга, — улыбнулся Эйрих. — Не сомневайся даже, что я твой друг.
— Знаешь, признаюсь… — консул достал из ящика в столе бутылку вина в глиняной амфоре. — … в ложе на Ипподроме, мне на миг показалось, что это ты всё это устроил.
— Заговор? — усмехнулся Эйрих. — Я очень недолго в Константинополе, как бы я мог столько успеть?
— Нет, я понимаю сейчас, что это ерунда, — слабо улыбнулся Флавий Антемий. — Но тогда мне показалось, что такой человек, как ты, мог бы устроить что-то подобное.
— Мог бы, — не стал кривить душой Эйрих.
— Возможно, это даже хорошо, что ты отказался от службы мне, ха-ха! — рассмеялся консул и начал разливать вино по чашкам.
— Может и так, — пожал плечами мальчик, после чего принял чашку, полную разбавленного фалернского.
— У меня есть для тебя пять сотен рабов, — сообщил консул, пригубив чашку.
— Зачем мне рабы? — слегка удивился Эйрих.
Среди остготов их будет сложно продать, потому что достойную цену дадут только за женщин, да и то только молодых. А тащить пятьсот человек так долго и так далеко — это занятие для горящих идеей работорговли.
— Ты же говорил, что тебе нужны мастера? — поинтересовался Флавий Антемий. — Цех каменщиков почти полностью присоединился к заговору, ну и пара-тройка других цехов частично тоже. Можно было бы их жестоко казнить, но в этом городе пролилось уже достаточно крови. И, тем не менее, терпеть предателей так близко к себе я не могу. В ином случае, я бы просто отправил их на каторгу, чтобы они добывали свинец или ртуть, но так совпало, что я могу тебе помочь.
— Кто они? Насколько компетентны? — не стал скрывать заинтересованность Эйрих.
— Есть, вроде бы… — консул отставил чашку и взял пергамент с правого угла стола. — Да, восемь мастеров, с сыновьями и учениками, ну и почти все с иждивенцами.
— А не будет ли у вас нехватки мастеров? — решил проявить беспокойство Эйрих.
— Не переживай, — махнул рукой консул. — Константинополь притягивает не только воинов, но и мастеров — завтра на место убывших прибудут десятки и даже будут драться за освободившиеся места.
— Тогда я беру всех, — произнёс Эйрих.
— Делай с ними, что хочешь, они преступили самый главный закон, изменили императору, царствие ему небесное, — Флавий Антемий перекрестился. — Поэтому отправка в рабство к варварам — это ещё милосердие с моей стороны.
— А вообще, много поймали изменников? — поинтересовался Эйрих.
— Большую часть мы уже отправили на рудники и в латифундии, — ответил на это консул. — А чего ты от них хотел?
— Нужен учитель греческого, а мне всё никак недосуг сходить и купить себе обученного грека, — пожаловался Эйрих.
— Сегодня к вечеру получишь такого, какого нельзя купить за деньги, — пообещал Флавий Антемий.
— С чего такие щедроты? — удивился Эйрих.
— Ты спас мне жизнь, — ответил консул. — Всё это — меньшее, что я могу. Ты просил тысячу опытных легионеров, чтобы могли обучить твоих воинов? Я выберу лучших. Всё, что ты просил, будет передано тебе в лучшем исполнении, чем мы договаривались.
40
Древнеримская мина — лат. mina — мера веса, равная 543,3 грамм. В Википедии по поводу мины написана неверная информация, потому что проверка по ссылке показывает, что непонятное «1 мина = 2/3 подия» в источнике отсутствует. Мина не может быть легче подия, потому что 1 центумподий — это 60 мин, а 60 мин — это 100 подиев. А один подий весит 326 грамм, что вводит алчущего знаний читателя, копающегося зачем-то в Википедии, в заблуждение, ведь дело обстоит наоборот — подий = 2/3 мины. Ах да, если консул Флавий Антемий не жулил с монетами, то 200 солидов — это 910 грамм.