Из-за угла Ютаро мог слышать раздражающий шум уличных музыкантов-тиндонья.[12]
Несколькими минутами позднее, полицейский участок N.
Дежурный Хатисука, новобранец, задремал на угнетающей жаре и борется во сне с песчаным человеком. Довольно увлекательное сновидение было прервано ворвавшимся в участок запыхавшимся музыкантом-тиндонья. На спине у него табличка с надписью Café Lupin, на груди колокольчики и барабаны-тайко. Он быстро объяснил, что, когда их группа проходила мимо особняка Акимори, они узнали, что там произошло ужасное убийство на глазах троих озадаченных мужчин. И он тут же бросился сообщить в полицию.
Убийство! Дежурный Хатисука подпрыгнул, как ужаленный. Он взглянул на часы. Без десяти три. Хатисука быстро позвонил в главный полицейский участок и спешно последовал за музыкантом.
Тем временем на месте преступления к троим мужчинам присоединились горничные из особняка Акимори и куча зевак. Ютаро пытался отогнать их, но, завидев дежурного Хатисуку, подошел к нему и протянул окровавленный нож. Он пояснил, что подобрал его примерно в пяти кенах к западу от жертвы, на дороге, у каменной стены.
Дежурный Хатисука немедленно приступил к опросу свидетелей.
– Так вы говорите, что... молодой Ёсида... немедленно бросился отсюда вслед за теми двумя в юката. А господин Тогава в тот момент шел по дороге за углом. И ни следа убийц. Это значит...
Хатисука подошел сам взглянуть на дорогу. Он прикусил губу и нахмурился, оценив глазами длину пути. Его взгляд упал на маленькую деревянную дверь западного входа сразу за западным углом стены особняка Акимори. Он повернулся к свидетелям и мрачно усмехнулся. Ютаро и управляющий Тогава поняли, что на уме у Хатисуки, и дружно кивнули.
– Ужасно, – сказал Тогава с обеспокоенным видом, – похоже, это единственный способ, каким они могли сбежать.
Дежурный Хатисука решительно направился к дверке, открыл ее и зашел во двор особняка. Вскоре он вернулся с видом триумфатора.
– Я так и знал. Там следы!
В этот момент прибыла группа полицейских во главе со старшим сыщиком. Дежурный Хатисука протянул улику, врученную ему Ютаро, и гордо доложил о своем предварительном расследовании. Тут же последовали новые расспросы свидетелей. Жертвой была Сомеко, экономка в особняке Акимори и жена управляющего Яити Тогавы. Что до преступления, Ютаро с почтальоном видели умирающую живой, и, поскольку не было никакого сомнения, что причиной смерти был удар ножом, тело вскоре увезли. Исходя из показаний Ютаро, почтальона и управляющего Тогавы, сыщик решил продолжить изучение следов, обнаруженных дежурным Хатисукой.
Они открыли заднюю калитку и зашли во двор. В пяти кенах направо был вход в кухню. Слева – каменная стена. Несколько правее, за заросшим садом, стоял дом. Виднелась веранда-энгава, через которую и был вход в особняк. Сад был слегка влажным, скорее всего, растения в такую жару поливали. На земле между задней калиткой и кухней виднелось множество следов от ботинок и войлочных сандалий-дзори, оставленных слугами и торговцами. Впрочем, следы, найденные дежурным Хатисукой, резко сворачивали от калитки направо и вели через сад перед домом к входу в особняк. Это были следы садовых сандалий-гэта.[13]
Тщательное изучение этих следов показало, что их можно разделить на четыре дорожки, что в свою очередь означало только два варианта: два человека в садовых сандалиях-гэта прошли туда и обратно. Пришли снаружи и вновь удалились? Или вышли наружу и вернулись в дом? На этот вопрос ответить было несложно, ведь в случае сандалий-гэта легко понять, в какую сторону направлены следы. Две пары таких сандалий, прекрасно совпавших со следами на земле, были вскоре найдены перед входом на веранду-энгаву, в том месте, где перед входом в особняк из сада оставляют свою обувь.
Таким образом, под подозрение попали все обитатели особняка Акимори. Полицейские, словно ищейка, взявшая след, активизировались. Старший сыщик оставил дежурного Хатисуку охранять следы и зашел в особняк через веранду-энгаву. Под пристальным наблюдением Ютаро, почтальона и управляющего Тогавы детектив начал опрос всех обитателей особняка.
Старый хозяин, Тацудзо Акимори, отказался отвечать на какие-либо вопросы, сославшись на заболевание, не позволявшему ему выходить наружу. Управляющий и горничные дружно подтвердили его болезнь, поэтому сыщик вызвал сыновей. Увидев их, Ютаро с почтальоном побледнели.
Братья были точно такого же сложения и так же выглядели, и оба носили белые юката с узором кагасури, имитирующим москитов, подпоясанные черными шелковыми лентами. Звали их Хироси и Минору, и им было по двадцать восемь лет.
13
Гэта – японские деревянные сандалии в форме скамеечки, одинаковые для обеих ног (сверху имеют вид прямоугольников со скругленными вершинами и немного выпуклыми сторонами).