ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РУССКОГО НАСЕЛЕНИЯ
Нравы и обычаи русских колымчан, которые являются потомками завоевателей, вполне соответствуют характеру местного управления. В другом месте я упоминаю[122] о крайней половой распущенности, какая существует во всех русских поселениях северо-восточной Сибири, от устья реки Яны до южной конечности Камчатки. Колымчане о себе говорят: «Вода наша такая, не можем быть иначе». Возможно, что половая распущенность действительно зависит, конечно, не от воды, а от жирной рыбной пищи, добываемой из воды. Рыбная пища вообще, по некоторым данным, влияет на половую чувственность. Иохельсон полагает, что половая распущенность русских развилась под юкагирским влиянием, и даже утверждает, что местный русский термин «девичьи дети» является только переводом юкагирского marxid-uo («девичий ребенок»). Конечно, нельзя отрицать, что юкагирское влияние на местных русских было весьма значительно. Однако для такого явления, как внебрачные дети, русские имели свои собственные термины, принесенные еще из-за Урала в эпоху завоевания. Так, кроме «девичьих детей», колымчане имеют «вдовьих детей». Обе категории вместе дают до 30 % всей рождаемости. Кстати, такая же точно пропорция наблюдается у чукоч. Некоторые русские семьи, многолюдные, довольно зажиточные, имеют во главе женщину, так сказать, матриарха, никогда не состоявшую в браке и родившую всех своих детей в девичьем состоянии, притом от разных мужчин. В данном случае, сообразно с таким происхождением, возникают фамильные имена по материнской линии, например: Наташонки (потомки Натальи), Катьконки (потомки Катерины), Домашонки (потомки Домахи, Домны). Есть семьи, в которых отвращение к браку принимает мистический характер. О них передают, что много лет назад бабушка положила клятву на своих сыновей и дочерей, чтобы они никогда не женились и не выходили замуж: «если желаете, можете жить себе так, но на брак я не даю вам благословения». При этом преследуется цель пресечь старое фамильное родство. В таком случае дочери получают позволение на брак. В мое время две местных богатых семьи, Чертковых и Уваровских, находились под таким запрещением. Первая семья ко времени моего приезда уже исчезла. Вторая имела двух последних братьев. Они имели любовниц и детей, но так как они не состояли в браке, то дети носили другую фамилию.
В вышеуказанных женских семьях, напротив того, сыновья получают разрешение жениться и должны выходить из семьи, которая ведется по «женскому корню».
Также и среди быстро вымирающих юкагиров, обрусевших и полуобрусевших, тоже наблюдается болезненное отвращение к браку, но в связи с другими обстоятельствами. «Много заботы», говорят эти несчастные люди относительно брака, семьи и детей. Они имеют в виду неоплатные ясачные долги, которые лежат на их полувымершем роде, так что каждый новый мужчина-плательщик является, в сущности, пожизненным казенным рабом, продаваемым с публичного торга в уплату недоимки.
Русские население вымирает, так же как юкагиры. Сифилис пустил глубокие корни среди русских колымчан. Молодое поколение все заражено, что выражается в самых уродливых формах. На каждом шагу встречаются уродливые лица, безносые, с наростами, с рубцами от язв. Это не мешает сифилитикам быть плясунами и любезниками и ухаживать за девицами. «Что же, говорят колымчане по этому поводу, на них вины нет. Бог накажет и рога привяжет».