Далекое прошлое
Демократическая республика Афганистан
Провинция Нангархар, пограничная зона
28 июля 1988 года
Они пришли — и не знали, зачем пришли. Они сражались — и не могли победить. Наконец, они уходили — и не могли уйти…
Это был Афганистан. Пыльный кусок земли, на котором находили свою смерть великие империи…
Их было четверо — всего четверо. Специальная, нештатная группа. Даже не офицерская, не проходящая ни по каким официальным документам, но чья информация — передавалась зачастую прямо в разведотдел штаба ВДВ. Все они — были представителями мусульманских народов СССР — только Сашка Смирных был по документам русским, хотя он родился и вырос в Узбекистане, куда его деда с бабкой вывезли во время блокады Ленинграда. Но своей чернявостью и бородатостью — он превосходил любого из группы. Да и языки он знал хорошо…
— Машины! — сообщил залегший у самого оросительного канала Джума. Штатный снайпер группы, он был вооружен автоматом АКМН с насадкой бесшумной стрельбы ПБС и оптическим прицелом, снятым с СВД и заново пристрелянным.
Мимо залегшей в зеленке группы на большой скорости прошли две машины. Головным шел УАЗ с афганскими номерами и самодельным, усиленный вставками из бронеплит верхом. Верхние части дверей были сняты, из машины торчали автоматные стволы. Вторым — шел обычный санитарный УАЗ-буханка, тоже усиленный изнутри наваренными бронеплитами. Третьим — потрепанный Газ-66 с пустым кузовом. Машины шли ходко, поднимая столбом пыль. Местная пятерка[114] — встала на крыло, до следующего дня, уступая место моджахедам…
— Ходко идут — сказал Смирных, недобро щерясь…
— Заткнуться. И ждать…
Машины пропылили по дороге и исчезли, после чего — установилось недоброе, придавленной изнурительной жарой безмолвие.
Русские уходили. Впервые за долгое, очень долгое время — они уходили из этой страны без победы, уступая ее вонючим, полуграмотным бородачам с недобрым блеском в глазах — то ли от фанатизма, то ли от наркотиков. Нечто подобное произошло в пятом году, когда Российская Империя. Страна цивилизованного мира — впервые уступила азиатам, японцам. Значение этой победы в мировом, планетарном масштабе было трудно переоценить: десятки стран второго и третьего мира поняли, что такое возможно, и нужно просто драться, не жалея ни себя, ни врага. Планетарное значение будет иметь и уход СССР из Афганистана, появление и развитие огромного гнойника исламского экстремизма, взрывы в Кении и Танзании, войны в Чечне, Боснии, Косово, события 9/11, Долгая война. Но все это будет потом.
А пока — русские не ушли. Русские продолжали действовать.
Ждать пришлось недолго. Менее чем через час — они услышали натужный шум автомобильных дизелей…
— Готовность один. Опознание…
Колонна была небольшой, всего две машины. Первым — шел пикап Тойота с крупнокалиберным пулеметом, вторым — джип Мицубиши Паджеро, обе машины белого цвета. Шли ходко, намного более ходко, чем следовало бы идти по незнакомой дороге — значит, она была им знакома и засады, обстрела из зеленки они не опасались. Они даже не пытались прикинуться царандоевцами или кем еще, у кого такие трофейные машины тоже были. Бородатые, чалмастые, на Тойоте — стоял пулемет ДШК, воинственно смотря вперед.
— Есть. Это Шабиб! — сказал Тахир, который смотрел на дорогу через оптический прибор наблюдения.
— Уверен, что это он? — спокойно спросил Махкаев, командир их патруля.
— Так точно.
Махаев поднял самодельную рогатку и запулил камешком точно в ногу Джуме. Ни про какую связь не могло быть и речи — с той стороны пакистанцы постоянно слушали все частоты…
Головная машина поравнялась с небольшой строчкой камней, выложенной на склоне — и Смирных нажал на спуск саперной подрывной машинки, которую до этого нервно сжимал в руках. Духи — шли совершенно иначе, чем ходят русские, они боялись мин — но почти не боялись засад, особенно на самой границе. Кто рискнет, зная, что потом не выйдет отсюда, что каждый, желающий спасти свою никчемную жизнь после того, как в Афганистане свергнут безбожное коммунистическое правительство и установят законы шариата — сдаст шурави первому же отряду моджахедов и шурави уже не смогут уйти. В этом была слабость шурави — они не готовы были идти на верную смерть. А вот правоверные, те, кто верил в воздаяние и шахадат — на верную смерть шли.
Как сейчас.
Истошный визг стальных роликов, выброшенных несколькими минами МОН-50 смешался с громовым грохотом разрыва, обе машины моментально заволокло облаком дыма и взбитой взрывом пыли. Когда пыль немного осела — вместо двух белых, приличного вида машин предстало кровавое месиво, искореженная сталь и разорванные человеческие тела.
114
Форма управления в Афганистане, коллегиальная. В пятерку входили: губернатор или начальник уезда, первый секретарь комитета НДПА, командир армейского соединения, начальник управления МГБ, командующий царандоя.