Дальнейший ход операции в долине Шахикот свелся к прочесыванию местности и авиаударам. Официально операция была завершена 18 марта. Не вызывает сомнения решающая роль американской авиации в ходе и результате «Анаконды». Чтобы ее проиллюстрировать, достаточно привести следующие данные. За первые 24 часа операции только боевая авиация союзников применила 177 управляемых (GBU-31 и GBU-12) и 54 обычные бомбы Мк 82 с двух бомбардировщиков В-52Н[278], не считая ПТУР Hellfire с вертолетов АН-64 и массы снарядов с вертолетов, «ганшипов» и тактических истребителей. А за первые трое суток расход составил 495 УАБ и 256 обычных бомб[279]. Совокупный же объем активности американской авиации в операции «Анаконда» за период с 2 по 16 марта составил около 900 самолетовылетов (в среднем 60 в сутки), из которых основная масса пришлась на флотские F/A-18 и F-14. В ходе этих вылетов было применено более 3500 авиабомб, из которых доля высокоточных составила 47%, а обычных — 53%[280]. Причем основная масса последних (1600) была применена с В-52 путем ковровых бомбардировок, накрывавших за раз противника залпом из 27 пятисотфунтовых бомб Мк 82. Обычные бомбы применялись с установленными на воздушный подрыв взрывателями. Основными целями для таких бомб становились минометные позиции и расположенная открыто живая сила талибов, в первую очередь пытавшаяся контратаковать десантников. Чтобы оценить масштабность авиационной поддержки, можно сказать, что американцы за две недели применили в этой операции вдвое больше высокоточных боеприпасов, чем французские ВВС за полгода воздушных ударов по Ливии в 2011 г. Стоит ли говорить, что в современном мире лишь одна страна может себе позволить столь масштабное применение авиации в довольно ограниченных по целям и силам операциях.
Собственно, тотальное господство в воздухе и количество примененных боеприпасов и позволило союзникам завершить операцию в свою пользу. Однако цели операции достигнуты не были, так как не удалось создать надежную блокирующую позицию в зоне ответственности TF Anvil, что позволило противнику покинуть долину. Да и цифры потерь, понесенных талибами, носят довольно противоречивый характер. Американцы считают их большими (до 1000 боевиков), чем их афганские союзники (от 100). Предположительно у первых они носят оценочный характер, а у вторых определятся по числу обнаруженных трупов.
Борьба за умиротворение Афганистана
После падения «Талибана» как государственного режима Афганистана война в этой стране трансформировалась в противоповстанческую, где непосредственные боевые действия перемешаны с социально-политическими действиями по созданию жизнеспособных государственных институтов Афганистана и их развитию, а также поиску баланса интересов различных этнических и религиозных групп и представителей их элит.
Из всего многообразия операций, проводимых США и НАТО в Афганистане, стоит выделить кампанию в провинции Гильменд из-за ее масштабности и специфических особенностей. Кроме того, в рамках этой фазы войны была затронута тема строительства афганских силовых структур как одного из определяющих элементов создания жизнеспособного афганского государства после вывода основных сил НАТО из этой страны.
Кампания в Гильменде
Гильменд, безусловно, самая опасная из 34 провинций Афганистана. Так, на нее приходится 28,4% всех потерь сил США и НАТО в этом государстве. По этому показателю Гильменд оставляет далеко позади другие опасные регионы Афганистана: проталибский Кандагар (15,1%), благоприятный для партизанской войны Кунар (5,9%) и мегаполис Кабул (5,1%)[281]. И это несмотря на то, что масштабные боевые действия в провинции ведутся лишь с 2006 г. Причина этого лежит на поверхности — благоприятная для сельского хозяйства провинция с развитой системой ирригационных сооружений (по иронии судьбы построенных в середине XX века американцами) благоприятствует выращиванию самой рентабельной в Афганистане культуры — опиумного мака. На Гильменд даже сейчас, когда с культивацией опиума в этой провинции ведется борьба (что позволило снизить площадь под опиумным маком в 1,5 раза), приходится более половины всех сельскохозяйственных земель Афганистана под этой культурой. Так, в 2010 г. в Гильменде было занято около 65 тыс. гектаров земель для выращивания опиумного мака, в то время как в провинциях Кандагар, Фарах и Урузган приходится соответственно 25,8, 14,6 и 7,3 тыс. га, а в остальных площади вообще незначительны[282].
Несмотря на то, что положение в начале цепочки производства и сбыта героина дает гильмендским крестьянам и местным авторитетам лишь небольшой процент от доходов этого бизнеса, даже те средства, которые им перепадают, довольно существенны для Афганистана. Причем рентабельность выращивания опиумного мака для крестьян выше, чем других сельскохозяйственных культур, что стимулирует их держаться за эту сферу деятельности. Получаемые от продажи продуктов своего труда средства позволяют не только кормить крестьянские семьи, но и вкладывать их в безопасность (благо оружия в Афганистане оборачивается масса), а также содержать посреднические структуры со своими вооруженными формированиями.