– Бывает, это же тренировка! – улыбнулся я. На душе почему-то было легко и спокойно.
– Бывает так бывает, – подвел итог Молчан. – Слушай, ты давай… Чаще приходи. Раз в месяц точно мало будет. Да и меч тебе хороший подберем… А то, чем ты машешь… Ну, дурь оно. Хочешь, с ниндзей познакомлю?
– С кем? – не понял я.
– С ниндзей настоящим. Ну, через неделю во вторник приходи, увидишь.
Так, помимо регулярных тренировок в спортзале на фирме, я начал заниматься еще и с Молчаном и его друзьями.
Глава 15
Вспоминайте иногда
Вашего студента…
– Знак «Алеф» означает конец отрицания, – протянул барон Лото. – Повторите, ваше высочество!
– Знак «Алеф» означает конец отрицания, – повторил я.
– Так. А знак «Глеф»?
– Знак «Глеф» означает согласие.
Нет, каллиграфии я явно не просил. Однако заставили…
Кто знал, что в обычном, самом обыкновенном письме будет столько условностей?
Книгопечатание тут было известно не столь давно. Со времен короля Лото Второго, заслужившего титул покровителя искусств, короля-поэта. Стихи его даже были, которые ни в склад, ни в ряд… Я никак не мог догадаться, в чем дело. Сначала даже подумал, что типа отказывать королю в печатании сборника его стихов чревато для нахождения головы на плечах, но потом вдруг что-то в голове щелкнуло… И я стал понимать рифмы.
Красивые стихи.
Я украдкой выглянул из окна. Гранитные набережные или нет? Отсюда не видно, а подзорной трубы у меня нет еще.
– Ваше высочество, вы отвлекаетесь! – посетовал осторожно барон Лото.
– Мои извинения! – ответил я. – Важно ли знать все знаки? И сколько их всего?
– Три раза по десять, ваше высочество. Знаки важны для понимания письма… Ибо они издревле означают отношение пишущего. Не может же человек, который читает ваше письмо, знать, в каком настроении писали вы его? И для того придумали знаки… Три раза по десять знаков достаточно, чтобы описать любое состояние души, ваше высочество. Но обычно используют не более трех. Также вы можете использовать знаки у вас на облачении, когда выходите на бал или на королевский прием…
Еще раз глянув на замысловатые иероглифы, я вспомнил, что что-то такое носили на себе придворные. В виде кованых золотых безделушек… Я-то думал, что это просто украшения. А эвон как оно оказалось!
Печатали книги в Королевском университете. Сначала вырезали оттиск на большой деревянной пластине, потом мазали ее чернилами из настоящего кальмара, а потом уже шлеп на лист бумаги, и готово! Книги красиво переплетали, особенно ценилась шкура степного буйвола, прочная, ножом процарапать не всегда получалось.
Оттисков не хватало надолго, и потому книг как таковых было очень мало, в основном свитки разнообразные, которые использовали для писем, королевских и иных указов, для всяких прочих вещей, которые требовалось непременно записывать. Те же указы королевские испокон веков писались на свитках, и не нам нарушать традиции…
Конечно же, писать на свитках предполагалось каллиграфическим почерком. Старательно выводя все завитушки и следя, чтобы толщина линий никоим образом не вышла за границы означенного диапазона.
Ну а уж набор для письма! Палочки, перья птичьи, ножички для их зачистки, чернила из кальмара… Спросил, зачем столько перьев, вроде бы одинаковых, и мне была прочтена небольшая такая лекция о сравнительных достоинствах перьев морских чаек и степных фазанов. Местные специалисты от каллиграфии так и не решили, что именно лучше, и потому предпочитали иметь в коллекции обе разновидности. Ну и чернила конечно же… Соединенное Королевство было известным поставщиком чернил на рынки всего мира. Кальмаров-то ловили не так далеко от его берегов…
И вот сейчас я сидел и выводил маховым пером настоящего морского фазана, или там степной чайки, кто их разберет, иродов, очередную каллиграфическую вязь.
«Ибо есть велик король Лото Второй, дабы вывел он слово как дело…» И все это дрожащими после тренировки с сержантом руками, чернилами, которые так легко пачкались… К концу занятия у меня под ногами скапливалось десятка три свитков, которые потом уверенно сжигали в одной из жаровен. Дым от них шел ароматный.
Читать научиться было значительно проще. На третьем занятии я уже уверенно разбирал буквы, по утрам в реальном мире раскалывалась голова, недовольная таким впихиванием в себя информации.
4
Н. Гумилев. Сонет. Древний король стихи стырил, но некоторые слова переврал. Имел в виду столицу, Ильрони.