Внезапно экран погас и началась перезагрузка. Когда изображение вернулось, на экране появилась зернистая, тёмная съёмка с маленькой ручной камеры. Дженсен разглядел на фоне внутреннюю обстановку фургона, а на переднем плане, прислонившись к металлической панели, сидел улыбавшийся Гарвин Квинн.
— Привет, ребята, — сказал он через вокодер робота. — Прекрасная ночь для прогулки, разве нет?
— Как ты меня нашёл? — замер Дженсен.
— Мой ответ очень расстроит Фрэнсиса.
Притчард фыркнул так сильно, что заставил имплант инфолинка содрогнуться, но Дженсен продолжил, прежде чем он смог заговорить:
— Не время для шуток, Квинн.
— Да, ты прав, — совсем другим тоном ответил Квинн, сделав извинительный кивок. — Если вкратце, то мы с Вегой установили следящие устройства в логове твоего приятеля.
— Я знаю, — тут же сказал Притчард. — Я их нашёл и уничтожил!
— Ну, одно ты пропустил, как мы и задумывали. В общем, «Коллектив Джаггернаут» слышал почти все ваши разговоры на протяжении всего последнего дня. Вы не подумайте чего, мы так за вами присматривали.
— Что-то не заметно было, — холодно ответил Дженсен. — Как, удалось мне развлечь Януса?
— Ты продолжаешь впечатлять Адам, — сказал, на мгновение ухмыльнувшись, Квинн. — Слушай, ну ты можешь стоять там всю ночь и хлебать ужасный кофе или мы можем заняться делом. Давайте не будем циклиться на уязвлённых эго, ты в тупике. И поэтому я решил нарушить протокол: «Джаггернаут» может помочь тебе.
— И каким это образом? — с вызовом спросил Притчард.
— Мы знаем, где военный поезд и по какому маршруту он следует. И конечно же, в моём распоряжении есть прелестная Алекс и её реактивный самолёт. Понимаешь или мне тебе объяснить в картинках?
— Откуда Янус знает про поезд? — нахмурился Дженсен.
— А откуда он знает всё остальное? — резко ответил Квинн. — Я же говорил, у него связи повсюду. — Он помолчал и продолжил говорить тоном помягче. — Считай это жестом доброй воли. Демонстрацией bona fides[29] «Джаггернаута». Я понимаю, что ты нам не доверяешь, потому что у тебя на то нет никаких причин. Так давай мы тебе их дадим. Мы докажем тебе, что мы на одной с тобой стороне, подбросив тебя дотуда, куда тебе нужно. Мы уже в полёте. И гораздо ближе, чем ты думаешь.
— Это плохая идея, — сказал Притчард. — Они могут заманивать тебя в ловушку.
— Пришла пора определиться, — ответил Квинн. — Что скажешь?
Дженсен бросил стаканчик в урну и посмотрел на экран:
— Сколько у тебя уйдёт на то, чтобы доставить ко мне СВВП?
Квинн снова ухмыльнулся:
— Сколько у тебя уйдёт на то, чтобы подняться на крышу?
ОЗЕРО МОНТКАЛМ – МИЧИГАН – США
Группа из шестерых человек твёрдыми шагами быстро спустилась по насыпи к земляному полотну железной дороги в полной тишине и, как только их ботинки захрустели галькой рядом со шпалами, выстроились кругом. Торн вышла в центр и подняла закрывавший её лицо визор, чтобы почувствовать дуновение ветра. Так же как и её сокомандники, она носила матовый шлем со встроенными очками ночного видения и облегающий костюм из подавляющих сигналы метаматериалов. Её оружие и нужные приспособления висели крест-накрест у неё на груди, и она потрогала пальцами в перчатках предохранительный затвор, удерживавший её полуавтоматический «Зенит». Она повернулась лицом на восток и увидела вдали слабые янтарные отсветы города на низко висевших облаках.
Ещё один участник команды отделился от общей группы и подошёл ближе всех к рельсам, к железнодорожной линии, которая шла с западной стороны Детройта и пересекала границу штата. Он сел на корточки, и Торн услышала тихое взвизгивание микромоторов в его механических суставах. Этот киборг был самым высоким и крупным из них. Почти всё его тело состояло из протезов; редкие вкрапления его кожи казались аппликациями на стальной скульптуре, а не проблесками натуральной плоти. В частности, его лицо тянулось из-под идеально гладкого хромированного черепа, как маска с двумя круглыми алыми искусственными глазами, из-за которых его лицо казалось вечно скорбным.
Торн почти ничего о нём не знала, кроме слухов о том, что его после взрыва грузовика собирали по частям с помощью экспериментальных аугментаций и наращивания биомеханических конечностей. Но для неё главным было только одно: чтобы он не только выглядел, но и в действительности был эффективным. Всех этих оперативников ей подобрали, руководствуясь алгоритмами и прогностическими моделями, в детали которых её не посвящали. Каждый из них был аугментирован в большей или меньшей степени, причём многие из этих аугментаций Торн видела впервые. Это всё было неважно, от неё требовалось только руководить ими всеми для выполнения миссии.