– Мы превзошли эмоджи, – сказал Клайв с оттенком гордости в голосе, которая проявилась на его теле россыпью светло-зеленых пикселей; Тео был готов поклясться, что почувствовал это. – Это показывает, что я хочу вспылить, но вместо этого должен быть терпеливым. – Рукой он указал на дверь. – Мы пришли.
После чего он без дальнейших объяснений зашел в нее.
– Вау! – восторженно проворковал Милтон, осматриваясь в комнате с геодезическим куполом[32].
Блестящие серые и черные поверхности стен время от времени переливались радужным мерцанием, отчего складывалось впечатление, что они живые. В центре помещения, образуя круг, стояло шесть больших принтеров кодов, и каждый был раз в пять больше того, который они видели в салоне домашних питомцев. Здесь их ждал еще один слиф.
– Странновато они выглядят вблизи, тебе не кажется? – шепотом сказал Бакстер, кивая в сторону слифов.
Поначалу Тео подумал, что единственными различиями между ними были оттенки их переменчивой кожи, но когда эти двое начали общаться на своем языке, он смог уловить множество мелких нюансов, касающихся формы их лиц и особенностей жестов. Стало понятно, что это действительно два принципиально разных существа.
Наконец Клайв повернулся к людям и представил своего компаньона:
– Это…
Тут он издал трель из серии высоких свистов и звонких щелчков и выжидательно посмотрел на Бакстера.
– Хм…
– Если у вас проблемы с произношением, можете для простоты называть ее Ксиф.
– Ее?! – машинально выпалил Бакстер и смутился. Потом робко показал на них обоих. – Извините, но я просто не вижу… – Он умолк, так и не произнеся слово «разницы».
– Копай глубже, – тихо пробормотал Милтон бесцеремонным тоном.
– Разница – дело необязательное, – заявила Ксиф определенно женским голосом, после чего слифы вступили в какую-то перепалку. Впрочем, с тем же успехом это мог быть и просто смех – трудно сказать.
Тео дважды быстро хлопнул в ладоши, чтобы привлечь их внимание.
– Все это замечательно! Приятно познакомиться, Ксиф, однако в данный момент мне нужны ответы. Клайв, почему Элла пришла именно к вам?
– Я здесь являюсь лицом Сопротивления, – сказал он, а потом жестом обвел себя с головы до ног. – Но я маскируюсь.
Тео снова не понял, было ли это какой-то шуткой, и поэтому пропустил его слова мимо ушей.
– А как она тебя нашла?
– Она очень изобретательная женщина. Ты должен гордиться биологической связью с ней. – Клайв пристально посмотрел на него, словно пытаясь что-то разглядеть, и Тео почему-то почувствовал себя виноватым. – Она сказала, что ты пошел в нее. И поэтому она решила направить тебя сюда, поэтапно вводя в дело. Она заставила меня пообещать, что я буду приглядывать за тобой, потому что тебе, вероятно, потребуется помощь.
Тео обиженно прищурился:
– Вероятно? Если ты следил за мной, то должен был бы заметить, что помощь мне была необходима с самого первого дня!
Клайв заговорил, параллельно обходя принтеры и проверяя их готовность.
– Работая в притонах, Элла обнаружила участки радости. – Он заметил, что Тео нахмурился еще больше. – Это места, куда ваши люди приходят, чтобы получить инъекцию эндорфина. У себя вы бы назвали это кварталом красный фонарей.
– А почему В-полиция до сих пор не прикрыла их? – спросила Клемми.
– Это не так легко. Частично из-за того, что они замаскированы под какие-то реальные объекты в СПЕЙСе. Просто путешествуешь себе, а потом заходишь в капсулу.
– Что-то вроде игровой капсулы? – уточнил Милтон.
– Вроде того, но только это капсула в капсуле, если хотите. С защитой от вмешательства со стороны Системы и, разумеется, со стороны мясных.
Бакстер слегка обиделся.
– Мясных?..
– А в этих участках радости что только ни происходит. Секс, убийства и все, что может быть между ними. Они сбрасывали невинных жертв с высотных зданий в реальности, чтобы богатые люди могли испытать на себе смерть – из объятий которой их, понятное дело, выдергивали в самый последний момент. Экстремальный гедонизм, жажда наслаждений. Лично меня такое не привлекает, но, с другой стороны, то, как вы развлекаетесь или истребляете себя, совершенно не моя забота. – Слова Клайва звучали так, как будто он рассуждал о домашней скотине. – Вы думаете, что для нас вы боги, – но на деле мы рассматриваем вас как другие оперативные системы, и не более того. – Шок на их лицах позабавил его. – «Эмоутив» построила мир, который работает на синаптических импульсах вашего мозга и химических аналогах ваших эмоций, чтобы все казалось вам реальным. Включая и нас. – Для выразительности он постучал себя в грудь. – Мы – логичная эволюция эмоционального искусственного интеллекта. Мы – точка, где все это перестает быть искусственным. Точка, в которой уже имеет место симбиоз.
32
Геодезический купол – сферическое архитектурное сооружение, собранное из стержней, образующих геодезическую структуру, благодаря которой сооружение в целом обладает хорошими несущими качествами.