День ещё только начинался, и в округе царила тишина. На улице не было никого, кроме единственной женщины в саду через дорогу в нескольких домах от меня. Она копалась в грязи небольшой лопатой. На её голове красовалась широкополая соломенная шляпа.
Садоводство. Когда у человека есть сад, ему положено пропалывать его, выгребать опавшие листья, собирать облетевшие лепестки после того, как цветы отцветут и погибнут. А какой женщине нужна дополнительная работа помимо домашней? И внутри дома достаточно грязи, которую нужно подметать и пылесосить, вовсе необязательно заниматься тем же самым снаружи.
Тем не менее я не могла отрицать красоты цветущего сада, и определенно обожала запахи роз и сирени.
Несколько минут я наблюдала за женщиной в шляпе. В её саду не было ни роз, ни сирени. Все выглядело мокрым и коричневым.
Женщина присела на корточки, изучая результаты своего труда, затем подняла глаза и увидела меня. Она помахала рукой, словно изо всех сил пытаясь привлечь моё внимание.
Я оглянулась через плечо, подумав, не машет ли она кому-то другому — ведь мы совсем не знали друг друга — но вокруг никого не было, и поэтому я помахала ей в ответ.
Её лицо озарила улыбка, и даже на расстоянии я почувствовала проблеск узнавания. Возможно, мы встречались раньше, много лет назад. Может быть, я помню её с детства. Или мы ходили вместе в школу? Она была примерно одного возраста со мной.
Зная, что маме потребуется время, чтобы одеться и накраситься, я решила подойти поближе и поздороваться. Спустилась с крыльца и перешла улицу.
— Доброе утро! — жизнерадостно поприветствовала меня незнакомка. Поднимаясь с колен, она прижала руку к верхушке шляпы и улыбнулась мне. Женщина была потрясающе красива: длинные черные волосы, кремовый цвет лица, полные губы и голубые глаза.
Я протянула руку.
— Привет. Я дочь Коры, Софи. Мы раньше встречались?
Все ещё улыбаясь, женщина сняла садовые перчатки. Она шагнула вперед, чтобы пожать мне руку, и я заметила два пятна грязи на коленях её джинсов.
— Нет, но мы с Корой очень близки.
Я кивнула и задумалась: «Какого мнения она обо мне?». Конечно, она знала, что я много лет не видела мать.
— Я Кэтрин, — представилась она без малейших признаков смущения. — Чудесно наконец-то встретиться с тобой.
— Я приехала только сегодня утром.
Она фыркнула:
— Знаю. Я копалась в саду, когда ты проходила мимо.
— О.
Я её даже не заметила. Была, наверное, слишком поглощена собственными заботами.
— У тебя глаза матери, — заметила она с теплотой в голосе, которая ослабила напряжение в моих плечах и шее.
— Расцениваю это как комплимент. — У моей матери красивые глаза.
Я указала на клумбу у наших ног.
— Я не специалист, но не рано ли вы начинаете?
— Ни в коем случае, — ответила она. — Земля мягкая, солнце светит. Как раз вовремя.
— Боюсь, что не слишком разбираюсь в садоводстве. Я живу в Нью-Йорке.
Она взяла меня под руку.
— Это не оправдание, дорогая. Хочешь, проведу экскурсию?
— Эээ… — Я оглянулась на дом матери. — Думаю, у меня есть время. — Я последовала за Кэтрин к клумбе у забора.
— Здесь я думаю посадить пятьдесят подсолнухов, — объяснила она. — Это мои любимые цветы, но они расцветают только ближе к концу лета, поэтому я ещё посадила здесь несколько луковиц ирисов. А вот здесь моя самая большая хоста[17]. К середине лета она станет поистине огромной.
Мы обошли дом полностью, и Кэтрин описывала каждую клумбу, украшая повествование яркими и красочными подробностями. Это была полноценная экскурсия по саду — хотя я не видела ничего, кроме мокрой земли.
Мы снова вернулись к фасаду дома, и я попыталась как можно живее выразить свой восторг:
— Сад будет очень красивым. Хотелось бы мне оказаться здесь, когда все расцветет, но к тому времени я, наверное, уже уеду.
— Домой?
Я кивнула, намереваясь скрыть тот факт, что как только в голову закрадывалась мысль о возвращении на Вашингтон-сквер, мои внутренности сжимались от ужаса.
Жизнь там была мучительной.
— Ну… — Кэтрин запнулась. — Когда у тебя есть жизнь, к которой необходимо возвращаться…
— У меня? — горько фыркнула я. — Боюсь, у меня и жизни-то особо нет, неважно, здесь или в другом месте.
О боже, неужели я и вправду произнесла это вслух? Как настоящая плакса.
— Твоя дочь… — сочувственно кивнула она. — И муж. Мне очень жаль, Софи.
Она знала обо всём.
Я глубоко вдохнула и выпустила воздух, и испытала благодарность хотя бы за то, что мне не придется объяснять, почему моя жизнь напоминает потерпевший крушение поезд.
17
Хоста — декоративное корневищное растение, которое быстро разрастается в обширные плантации. Крупные листья хосты – ее главное украшение – различаются по форме, размеру и окрасу в зависимости от вида и сорта растения. Садоводы любят хосту за неприхотливость и универсальность: хоста красива, холодостойка, охотно мирится как с тенью, так и с ярким солнцем и отлично сочетается с другими растениями