Ян вместе со мной кружил над этим местом. Нас продолжали сопровождать цмоки, защищая нас, укрывая нас, а точнее — меня от пуль. Иногда снаряды задевали Яна, и отбивались от его чешуи с металлическим отливом, отпрыгивали. А некоторые всё-таки пробивали его броню, однако, не причиняя серьёзного ущерба. Огромная тень накрыла участок дымящегося леса над Дивией и стремительно понеслась вниз — это был грифон. Жива добиралась до неё, вырвавшись из лап белозубых хищников. Рванув вниз, птица вцепилась в неё, ухватившись когтями в белое платье на плечах, подхватывая в воздух, безраздельно завладевая ею. Однако, в последний момент хищный зверь успел вцепиться пастью в перистое крыло, не давая грифону взмыть вверх.
Завязалась борьба. Жива трепыхалась внизу, в клубе пепельной пыли, в гуще бури, где дрались цмоки: кто в обличии людей, кто в зверином. И волки — притворяясь людьми и животными. Ян приземляется на самую высшую точку длинного, нависающего над бурно бегущим Сожем10 моста, на жёсткую арку, обрамляющую его. Перепончатые лапы дракона грузно передвигаются по металлу. Мост будто покачивается на ветру, он скрипит под его весом, и под нами зияет пропасть высотой в три десятка метров. Мы оказываемся в самой высокой точке над набережной, откуда виден весь город.
Я теряю из вида Живу и Дивию, но вдруг вижу, как Жива всё же вырывается и машет широкими крыльями — в её цепкой хватке трепыхается тело. Она несёт его над деревьями, но вдруг некий свет отливает бликом — переливается в лунном упорном сиянии камень, он падает, выскальзывая из рук царицы ночи. Дивия выпускает его намеренно нет. С сожалением наблюдаю, как он летит вниз, в гущу событий. Там его хватают её приспешники, на которых сразу же налетает облако драконов и медведь. Гай терзает волка, того самого, который завладел камнем, и в него впиваются клыки нескольких врагов, и рядом начинают взрываться вспышки голубых искр — недоброго предзнаменования расщеплений. Мы не знаем, кому они принадлежат — тем, чьей смерти мы искренне желаем или Гаю, который сейчас в меньшинстве.
Дракон подо мной снова приходит в движение, срывается с места, покидая арку и вдруг делает резкий поворот, и меня ветром сметает так, что я уже не могу удержаться. На этот раз я действительно выпадаю из своеобразного седла, представляющего собой шипы и выступы на чешуе, соскальзываю и лечу вниз, в свободном полёте. Подо мной тёмные воды реки, глубокая пучина, встречающая, словно зазывая меня в свои недружелюбные объятия. Я кричу, моё падение беспорядочно, потоки ветра проносятся мимо и шелестят так, что я ничего не слышу, я беспомощно машу руками, будто пытаясь ухватиться за обступившую пустоту, и не могу ни зажмуриться ни моргать от страха, рядом проносится стая птиц, почти врезаясь в меня. Но вдруг попадаю в облако неясного тумана — тело переворачивается несколько раз, и теперь не видя ничего, ощущая чьё-то чужое присутствие рядом осознаю, что некий незнакомый цмок оборачивается прямо в воздухе — из дракона в человека и обратно — мягко подхватывая меня в облаке своей магии. Оказываясь верхом на нём, я больше не падаю. Сметаю запутанные волосы с лица и ухватываюсь ладонями за бирюзовую чешую. Взглядом нахожу Яна — он спускается к своим братьям и сёстрам, не оглядываясь на меня, и теперь понимаю, что он сбросил меня не случайно, а намеренно. И знал заранее, что меня подхватят, просто не успел об этом предупредить, не вклинившись в мой разум. В это время Жива на высоте птичьего полёта выпускает Дивию из когтей, и та, подобно мне мгновение назад, камнем стремится, приближается к почерневшему асфальту. Только вот ей ничего от этого не будет. Она не умрёт.
Бирюзовый дракон кружит над этим местом, довольно низко, лунный камень блестит в руках, человеческих руках — я быстро понимаю, что это волколак в людском обличии. Он несётся прочь, но его поспешно разрывает ударом снопа искр — оборотень испаряется навсегда. Возле него угрожающей застыл Ян. Камень летит прямо в руки другому необращённому колдуну, и тот, крошечный среди звериных огромных тел убегает, прячется в поваленных деревьях, в пылающем парке, как муравей. Но Ян не оставляет его — он сейчас тоже в облике человека. Моментально всё сливается — к ним приближается ураган, за ними следует погоня. Мелькают выбросы магии внизу, два противоборствующих клана стремятся причинить вред друг другу. Валентина подбирается к ним с другого бока, но не может пока что настигнуть. И на мгновение отрывая от них глаза я оглядываю город, застывший на горизонте — он будто весь и полностью охвачен голубым пеплом, эти светящиеся частицы уже словно не растворяются, уходя в небеса, а распространяются в пространстве, покрывая землю, как хлопья свежего снега. Эти крупицы проблесков мерцают и рядом с Яном, и с Гаем, и с Алексеем, они кружатся внутри урагана Александры.
10
Река, левый приток Днепра. Протекает по территории Гомельской и Могилёвской областей Беларуси, а так же по территории России.