Как‑то раз я спросил Старца: «Геронда, душевно–телесное влечение, возникающее между мужчиной и женщиной, имеет демоническое происхождение?» И он ответил: «Иногда да, а иногда нет. Все зависит от обстоятельств».
Во время следующей нашей беседы я вернулся к этому своему вопросу, и отец Порфирий ответил мне более подробно: «Ты знаешь, — сказал он, — что так называемые счастливые браки действительно бывают. Чтобы брак оказался счастливым, от супругов требуется соблюдение одного условия: они должны приобрести духовное богатство, любя Христа и соблюдая Его заповеди. Тогда они по–настоящему полюбят друг друга и будут счастливы. В противном случае они будут душевно бедны и не смогут никому подарить любовь. Они будут открыты сатанинским нападениям, которые сделают их несчастными».
На одной из наших встреч Старец очень просто и наглядно ответил мне на мое недоумение. «Я слышал, Геронда, — сказал я ему, — что проблема неудовлетворенности чувственных и эмоциональных желаний между двумя полами неразрешима. Решает ее только могила». Отец Порфирий немедленно возразил: «Нет! Не называй это проблемой! Должно быть вот так!» И Старец сделал рукой жест, как мы изображаем взлетающий самолет. Этот образ, предложенный отцом Порфирием, прямо противоположен романтическим описаниям пламенной любви, начинающейся с заоблачных высот, но затем мало–помалу теряющей высоту и оканчивающейся вынужденной посадкой. Проблемы взаимоотношений супругов, согласно Старцу, напрямую связаны с их «духовным богатством», наличие или отсутствие которого соответственно влечет их вверх или вниз.
«На днях пришел ко мне один человек, — рассказывал мне отец Порфирий, — и спрашивает меня: «Ты разделяешь теорию такого‑то (я не запомнил имя) о наслаждении человеческими удовольствиями и о любви?«Я отвечаю ему: «Сейчас я покажу тебе, каких убеждений я придерживаюсь. Открой в июньской Минее под 44–м числом службу святому Мефодию [80]. Там, в каноне, ты найдешь слова о том, как Христос изменяет страсти на бесстрастие». Я прочитал ему соответствующее место из Минеи, все ему объяснил, и он ушел совершенно удовлетворенным. Ты тоже прочитай дома этот канон и позвони мне по телефону».
Я нашел отрывок из канона: «Обуздав страстей взыграние, любовию к воздержанию преобразивый плоть свою, к бесстрастию устремися, отче, крайнейшему».
Христос не вырывает с корнем то, что насадил в человеке. Но Он поступает как добрый садовник, который делает на дереве прививку, превращая его из дикого в культурное. Он освящает посеянное и делает так, чтобы оно вновь устремилось к Нему. Примером тому являются преподобная Мария Египетская, преподобный Моисей Мурин и многие другие.
Чувствительность
— Единственный твой недостаток, — сказал мне отец Порфирий, — состоит в том, что ты очень чувствительный и не выносишь никаких обид. Такую чувствительность ты унаследовал от своего отца, и в этом нет твоей вины. Но чрезмерная чувствительность — это нехорошая вещь. Хотя для окружающих, для тех, кто ею пользуется в своих часто крайне низких целях, она и хороша. Нет ничего хуже, чем быть излишне чувствительным! Достаточно вспомнить, что повышенная чувствительность является первопричиной всех заболеваний. Поэтому старайся от нее избавиться или, по крайней мере, как‑то ее ограничить. Иначе ты будешь причинять вред и самому себе, и своей семье, которая будет совершенно незаслуженно страдать.
Что же касается обид, то им никто не радуется. Тем более ты, с твоей гордостью. Ты хочешь, чтобы, как ты никого не обижаешь, так и тебя никто не обижал. Но сегодня это невозможно. Все мы являемся жертвами оскорблений, направленных на нас со стороны. Когда мы говорим «оскорбление», что имеем в виду? Тебе должен быть лучше меня известен нравственный, моральный упадок и отсутствие авторитетов в современном обществе. Чадо мое, разве можно что‑то сделать с этими людьми? Можно поставить ситуацию под контроль? Конечно же, нет. Правильно и справедливо было бы, чтобы человек никого не оскорблял и сам никем не был оскорбляем. Это очень сложно. Но нельзя сказать, что недостижимо. Именно к этому и стремится Церковь Христова.