Проходя мимо, он смотрит на телефон и закатывает глаза:
— Да ты же включила «режим полета», Дерия!
Действительно, теперь она видит почти незаметный символ. На него она не обратила внимания. Она никогда не переключала мобильный телефон в этот режим. Как вообще он включается? А теперь, когда она смотрит на телефон, то замечает нечто еще более странное: время на телефоне переведено. Часы на ее телефоне отстают на пятнадцать минут.
— Ну давай, Дерия, пора готовить утренний буфет. Pronto![5] Что это сегодня с тобой?
— Плохо спала, — отвечает она, однако это ложь.
Она ожидала, что будет нервничать и не спать, думать о преследователе и что ее будут мучить кошмары, но все же когда-нибудь сможет уснуть. Но вместо этого она очень быстро уснула и не просыпалась всю ночь. Тем не менее она чувствует себя словно с похмелья, хотя накануне вечером с Якобом действительно много не выпила. Может быть, она плохо переносит этот сорт. Утром она вообще не помнит, действительно у нее вечером был приступ страха или она себе все это вообразила?
Она надевает фартук, стараясь аккуратно завязать ленточки, потому что Тони ненавидит расхлябанность. Затем она распаковывает колбасу и сыр, расставляет на подносах и выставляет все в холодильники в зоне самообслуживания. Режим полета, естественно, объясняет, почему она вчера вечером не могла никуда позвонить. Но как могло получиться так, что он оказался включенным и что время было переведено?
Группа школьников входит в кафе, едва Тони успел открыть дверь. Они заказывают обычные завтраки для студентов, чтобы взять их навынос, как почти каждое утро, поддразнивают друг друга в ожидании расчета и дают Дерии ответ на вопрос. Скорее всего, часы переставил Феликс. Он любит смотреть видеофильмы на ее смартфоне и, наверное, что-то перестроил в меню. Может быть, для того, чтобы можно было проводить с ней больше времени.
«Маленький мошенник», — думает она, пересчитывая коробки с завтраками.
О свидании с Якобом она почти забыла, как и о том, что пригласила маленькую бездомную женщину на обед, и только когда она замечает девушку между столами, ей становится жарко от стыда:
— Киви!
— Да! — У Киви такой вид, словно ей больше хотелось бы сказать «нет» и превратиться в кого-нибудь другого. — Мне лучше уйти? Я не вовремя или как?
— Нет, пожалуйста. Садись. Что ты хочешь пить?
— Вообще ничего.
— Это за мой счет. В качестве благодарности за вчерашнее пиво.
— Просто воду. Из крана. — Киви делает глотательное движение. — И, может быть, у тебя найдется для меня бутерброд?
Дерии становится больно оттого, что эта молодая женщина стыдится своей просьбы. Она поворачивается и исчезает в кухне.
«Быстро, — думает она. — Бегом, а не то она снова удерет».
Дерия выносит бутылку воды без газа, стакан апельсинового сока и два бутерброда, один с сыром, другой с ветчиной. Тони в бюро, так что не заметит, что она не выписывает чек за завтрак.
Глаза Киви расширяются, когда Дерия снимает с подноса и ставит ей на стол еду.
— Я не могу…
— Да ладно, — говорит Дерия. — Я могу.
Киви снимает кусочек кожи с потрескавшейся нижней губы. Ее взгляд не может оторваться от еды.
— Это для того, чтобы из благодарности я была тебе что-то должна?
— Глупости. — Дерия заставляет себя улыбнуться. — Это чтобы мы были с тобой на равных. Я только что украла завтрак у своего шефа. Если он это заметит, нам придется удирать вдвоем, о’кей?
Наконец-то улыбается и Киви. Слегка, зато честно. Она ловкими пальцами быстро хватает ветчину за внешний край, бросает ее на край тарелки и жадно впивается в булочку, намазанную сливочным маслом.
Дерия понимает, что в ближайшие минуты ей не придется ждать ответов на вопросы. Поэтому она убирает посуду за немногими гостями и произносит свои обычные слова:
— Все в порядке? Было вкусно? Принести вам еще что-нибудь?
Наконец все гости довольны, посуда убрана, а Киви перестает жевать и поднимает на нее глаза.
— Там был один такой тип, — когда Дерия садится напротив, говорит Киви и отпивает маленький глоток сока.
Дерия осматривается:
— Кого ты имеешь в виду?
— Когда мы с тобой виделись в последний раз. Сразу же ко мне подошел какой-то человек и хотел выяснить, откуда мы знаем друг друга.
Это было как вчера, под дождем: что-то холодное сбегает вниз по позвоночнику Дерии.
— Что за мужчина? Как он выглядел?
— Что ты думаешь? Что я его просветила насквозь и составила фоторобот? Я думала, что это был какой-то детектив из магазина или один из полицейских.