Обедали мы в кафе, и он даже доставил мне удовольствие, заказав шоколадно-молочный коктейль — вариант диеты, потому что боялся, что я выдам его Бекки за то, что он употреблял коктейль со сливками. Я незаметно добавил более чем щедрую порцию капель слабительного, которые употребляла Бекки для облегчения желудка, и он пожаловался на горьковатый привкус сахарина, заменявшего сахар. После обеда он позвонил Бекки и сообщил, что плохо переносит диетические коктейли, потому что сейчас у него страшно бурлит в животе. Через три минуты он с искаженным лицом снова побежал в туалет. Мне было понятно, что это затянется на некоторое время.
Я нашел ключ в третьей рамке с фотографиями, которую я открыл, — между фотографией и картонной задней стенкой. То, что находилось в ящике, было в одинаковой степени как простым, так и эффективным. Это прекрасно подходило моему дяде.
Эта свинья изобрела специальный налог на постоянство, который якобы должны были платить владельцы домов во всем Орегоне, чьи дома были старше шестидесяти лет. Того, кто отказывался поменять свой старый дом на новый с лучшей энергоэффективностью, приглашали к кассе. Налог на экономную скромную жизнь — может быть, он стал бы министром финансов, если бы продал эту идею в Германию, вместо того чтобы превратить ее в процедуру «Do-it-yourself»[9].
Этот налог он выставлял в счет пожилым людям. Может быть, он специально обращался только к пенсионерам, которых считал особо законопослушными. Я нашел целый список потенциальных новых клиентов, которые были рассортированы по системе баллов: подключение к Интернету давало множество минусов, как и регулярный контакт с более молодыми родственниками. Хорошо пополняемый счет, мертвый супруг или супруга, домашние животные или хорошо ухоженные грядки с овощами на огороде давали плюсовые баллы, которые повышали привлекательность соответствующих лиц. Мне не пришлось долго думать, откуда к нему попадала эта информация, — Бекки улыбалась мне с дюжины фотографий, и улыбалась понимающе.
Этот якобы налог взимался непосредственно управлением финансов, уведомления были оформлены на обычных бланках. В качество контактного лица, естественно, выступал дядя Томас, и все телефонные номера вели в его бюро. Я постепенно начал понимать, почему он посадил свою секретаршу в комнату несколькими дверями дальше. Потому что, разумеется, счет, на который нужно было переводить деньги, не принадлежал финансовому управлению Корваллиса или штату Орегон — только одному моему дяде.
Как было сказано, он слишком облегчил мне задачу.
Я уложил все назад на свое место, скопировал для себя только систему баллов и снова закрыл ящик на ключ. Затем я положил ключ назад, поставил фотографии на их место и ответил: «Ах, как жаль», когда Томас мне с сожалением сообщил, что нам нужно ехать домой, потому что он чувствует себя плохо. Вечером мы играли в «Монополию».
На следующий день я предложил эту историю вместе со списком клиентов газете «Корваллис таймс» и получил три сотни долларов наличными в руки. Через день моего дядю перед домом ожидали шесть патрульных машин и еще больше журналистов. Я получил крепкую пощечину от Бекки, которую действительно заслужил, и с удивлением наблюдал, как разрушилось дядино состояние.
Сомнения закрались после того, как улегся скандал. Мне пришла в голову мысль, что лучше бы я сначала закончил высшую школу, прежде чем взорвать эту бомбу: оказалось не так легко найти себе квартиру и работу, которая не совпадала бы со временем занятий. Я рассматривал как счастливый случай то, что главный редактор газеты, видимо, испытывал угрызения совести, потому что купил мою историю значительно ниже ее стоимости. Он дал мне несколько мелких заданий — открытие новых магазинов, шоу машин-монстров, выставки мелких животных. Потом, после всего этого, стало понятным, что это не был счастливый случай, потому что я за пару грошей вкалывал до полусмерти, постоянно жонглировал своими доходами и расходами, в то время как коллеги, имевшие лишь долю моего таланта, зарабатывали во много раз больше. Они получали за пять минут работы больше, чем я за все выходные, бегая между перепелками, карликовыми курами и самыми большими куриными яйцами Орегона. Когда я закончил колледж, у меня почти прошла охота изучать журналистику.