Не забывай плавающего, путешествующего и недугующего.
Целую,
Впервые — ВЛ. 2000. № 2. С. 266–267. Подлинник — собрание составителя.
<С борта парохода в Тирренском море в Москву,>
19 августа <1926>
Возле берегов Сардинии.
Дорогой Владимир Германович, завтра я буду уж в Марселе и оттуда незамедлительно вышлю Вам «Эку»[1189]. Пришлю Вам также вскоре фотографии (помните, я вас снимал возле Вашего дома), они вышли удачно. Очень хороши «нонны»[1190] в комнате за вышиванием.
Дорога Батум — Марсель достойна всяческих похвал. Особенно интересны порты Анатолии, где сохранился докемальский[1191] быт. Константинополь чудесен и отвратительны Афины (помимо, разумеется, Акрополя). Я не получил итальянской транзитной визы и Сицилию рассматривал в бинокль. Плывем мы уже 15 дней, однако я жалею о том, что дорога кончается: еще бы месяц и удалось бы, пожалуй, отдохнуть.
А теперь впереди каторжная работа — как Вы знаете, я набрал тьму авансов. К московским обязательствам прибавились: 1) книга статей для «Пролетария», 2) сценарий для «<назв. нрзб.>», 3) сценарий для Груз<инского> кино, 4) Заря Востока[1192]. Тяжко!
Когда будете в «Зифе», намекните им, что новый мой роман они получат не в октябре, а в декабре, т. к., мол, путешествие Эренбурга затянулось.
Как Вы катались?
Что нового в Москве?
Не забывайте!
Любовь М<ихайловна> шлет привет.
Сердечно Ваш
Впервые.
<Из Фуа сюр Арьеж в Ленинград,> 5 сентября<1926>
Дорогой Николай Семенович, письмо, написанное на пароходе, преспокойно высадилось на сушу и — контрабандой — пробыло две недели в моем кармане во Франции. Отсюда — медлительность в ответе. Сегодня (дождь, еду в Париж, нужно работать и т. д.) я нашел его и отсылаю. Я успел за это время побывать в Испании, хоть недолго, зато вполне авантюрно, т. е. без визы, благодаря доброте пограничника и своему легкомыслию[1193]. Будь я один, я добрался бы до Барселоны. Жаль было поворачивать назад во Францию — кроме России Испания единственная страна, где «couleur local»[1194] — душа, а не приманка для английских туристов.
Пишите!
Ваш сердечно
Впервые — ВЛ. 2003. № 3. С.238. Подлинник — собрание наследников Н.С.Тихонова.
<Из Фуа сюр Арьеж в Москву,> 5 сентября <1926>
Дорогой Владимир Германович, по безбожной рассеянности я протаскал письмо, написанное на пароходе, недели две в собственном кармане. Сейчас еду в Париж и, разбирая вещи, нашел его.
«Эка» слегка заболела, и я хочу, чтоб ее осмотрели на фабрике прежде, нежели отослать Вам.
Я побывал — вполне контрабандно — в Испании, т. е. без визы, выпив лишнюю бутылку вина и воспользовавшись добротой пограничника. Меня остановили лишь в Seo, т. е. в 60 километрах от границы. Я успел поглядеть два города. Презанятная страна! Обычно от впечатлений — несварение. Греция мешается с Испанией, а Анатолия с Кавказом.
Пора — в «кафэйон» — за работу.
Пишите!
Сердечно Ваш
Впервые.
<Из Парижа в Москву,> 5 сентября <1926>
Дорогой Буданцев,
я только что приехал в Париж (повидал Турцию, Грецию и даже клок Испании).
Сразу обрушиваюсь с просьбами:
1) Мак-Орлан вопреки договору и обещаниям до сих пор не получил гонорара[1195], т. е. 100 рублей. Пожалуйста, нажмите. Его адрес: Mr. Pierre Mac-Orlan. 10, rue du Ranelagh. Paris 16-e.
2) вышли ли в «У <кр>Г<изе>» мои «Трубки», и ежели вышли, то когда мне дошлют гонорар?
3) вышел ли «Хуренито»?
Очень прошу уж ответить мне и похлопотать о высылке денег мне и Мак-Орлану.
В ближайшие дни предприму все для издания «Мятежа»[1196].
О результатах сообщу.
Сердечный привет и спасибо.
Впервые. Подлинник — ИМЛИ. Ф.146. Оп.1. № 10. Л.1.
С поэтом и прозаиком Сергеем Федоровичем Буданцевым (1896–1940) ИЭ познакомился в Москве не позже зимы 1920/21 гг.
<Из Парижа в Москву,> 11 сентября <1926>