Я еду на две недели в Берлин и в Прагу и там, думаю, смогу пристроить среди других книг и «Мятеж». Пишите! Сердечно Ваш
Мой новый адрес: 47, B-d Sent-Marcel, Paris 13-е
Впервые — Х2, 192–193. Подлинник — ИМЛИ. Ф. 146. Оп.1.№ 10. Л.5.
<Из Парижа в Москву,> 27 февраля <1927>
Уважаемый Владимир Иванович,
очень горько, что мне приходится писать все нижеследующее и что между мной и «ЗиФ»’ом, с которым я хотел бы жить в мире и дружбе, залегла теперь тень умученного «Проточного».
Я только что вернулся из Германии, где пробыл несколько недель, и нашел здесь как Ваше письмо, так и № «30 дней»[1248]. Из Вашего письма я узнал о ряде ничем не обоснованных и никак не приемлемых купюр и тотчас же послал Вам телеграмму с просьбой печатание романа прекратить. Однако, сверив текст рукописи с напечатанным, я увидел, что это искажение романа пошло много дальше, нежели вы об этом пишете. Вы сообщаете о 10 купюрах. В первой книге журнала пятьдесят три
53
купюры. Это превосходит все мыслимое и является попросту надругательством над моим текстом. Вы печатаете вовсе не роман мой, а выдержки из моего романа, выдавая за мой роман и заставляя меня моей подписью за это нести ответственность. Огромное большинство пропусков не может быть даже оправдано ни в какой мере соображениями, скажем, «идеологическими». Это попросту выпуск всех мест, которые показались «излишками». Надо, мол, пропустить роман в 3 книжках и чтобы остался сюжет.
Слов нет, деньги мне нужны и я, как все, должен платить за хлеб, за квартиру, за бумагу, на которой пишу опускаемые Вами «излишки» прозы. Но ошибочно думать, что меня можно просто «закупить». Я на подобные искажения Вам согласия не давал. Вы рекомендуете «новый роман Эр<енбурга>», даете мой портрет на обложке и пр., но Вы обращаетесь со мной, как не позволит себе обращаться редактор с начинающим стихотворцем.
Ни разу, нигде мое произведение не было напечатано в подобном виде.
Я принужден настаивать на следующем:
1) печатание романа в журнале «30 дней» прекращается;
2) в ближайшем № журнала помещается следующая заметка (на видном месте!):
«Редакция журнала „30 дней“, печатая отрывки из романа Ильи Эр<енбурга> „В Проточном переулке“, принуждена была прибегнуть по техническим условиям к ряду сокращений, не согласовав этого вопроса с автором. И.Эр<енбург> просит нас указать, что за напечатанные в таком виде главы он никакой художественной ответственности не несет»[1249];
3) о всех купюрах, которые могут быть в отдельном издании романа, Вы предварительно извещаете меня, дабы выяснить, мыслимо ли в таком виде издание книги.
Напоминаю лично Вам, Владимир Иванович, что включив в договор параграф о праве купюр, вы заявили мне, что это лишь «общая форма всех договоров» и что никогда вы этим правом без крайней необходимости не воспользуетесь.
В СССР вышли в неприкосновенном виде без купюр такие книги, как «Курбов», «Жанна», «Лето» и пр. Роман «В Проточном переулке» не «страшнее» этих книг. Значит ли это, что «ЗиФ», с которым я связался более тесно, нежели с другими издательствами, менее всех склонен защищать мои интересы, как автора?
Еще раз повторяю, уважаемый Владимир Иванович, что мне горько обращаться лично к Вам с таким письмом. Я верю, что Вы сами найдете все мои претензии справедливыми и удовлетворите их.
Искренно Ваш
Мой постоянный адрес: 47, B-d St. Marcel Paris 13-е
Впервые. Подлинник — ИРЛИ. PI. Оп.24. № 504 (бумаги В.А.Регинина). Л.235–237.
В.И.Нарбут являлся в то время директором ЗиФ'а и редактором журнала «30 дней».
<Из Парижа в Москву,> 27/2 <1927>
Дорогой Зозуля,
благодарю за письмо. О романе пишу Кольцову[1250].
Очерки, м.б., удастся впоследствии дать.
Я очень доволен поездкой в Германию и в Прагу. Повидал много занимательных людей и вещей.
С «ЗиФ»’ом у меня трагедия: они напечатали мой роман «В Проточном переулке» в обезображенном виде. В первой книжке «30 дней» 52 купюры. Это явное надругательство. Неужели я не могу больше печататься в СССР?
Послал им телеграмму с требованием печатание романа прекратить.
1248
Печатание «В Проточном переулке» началось в № 1 «30 дней» за 1927 г.; с иллюстрациями К.Елисеева было опубликовано 7 первых глав (всего их 21). В № 2, 3 печатание романа было завершено.
1249
В «30 днях» напечатано не было; но в № 3 в завершение публикации редакция сообщила о выпуске романа отдельным изданием, добавив, что «некоторые купюры, произведенные по техническим причинам в варианте романа, напечатанном в журнале, войдут в отдельное издание полностью» (с.50).
1250
Михаил Ефимович Кольцов (1898–1940) — журналист; тогда редактор журнала «Огонек»; более тесные отношения с ним у ИЭ установились в 1930-е годы (см.: т.2 наст. изд.). Кольцову посвящена 20-я глава 4-й книги ЛГЖ (7; 509–513).