Что у Вас нового? Вы давно мне не писали! Я с горя засел за сатирическую повесть «Бурная жизнь Лазика Ройтшванеца». Еврейское утешение!
Сердечный привет от Любови Михайловны.
Впервые.
<Из Парижа в Ленинград,> 11 мая <1927>
Я не получил от тебя ответа на два моих письма. В чем дело? Подала ли ты прошение о визе? Едешь ли? Форш ничего определенного о тебе не смогла рассказать.
Пишу наспех — сегодня уезжаю на неделю в Берлин глядеть, как немцы снимают мою «Жанну».
Начал роман «Бурная жизнь Лазика Ройтшванеца» — современность с талмудической точки зрения. Кажется, весело.
Большая к тебе просьба: «Красная газета» должна мне деньги[1271] и не шлет. Прижми их! Мне монета нужна, а письмом их пробрать трудно. Очень тебе буду признателен.
Сюда приезжали Маяковский и Сейфуллина. Первый соблюдал все посты и молитвы. Вторая — типичный литшабес-гой. Форш — чудо!
Пиши!
Впервые — ВЛ. 2000. № 2. С.271. Подлинник — РНБ ОР.
<Из Парижа в Ленинград,> 11/5 <1927>
Дорогой Евгений Иванович, сегодня уезжаю на неделю в Берлин глядеть, как «крутят» немцы мою «Жанну», поэтому пишу Вам второпях только о Ваших делах. Испанцы издали рассказы — «Фонарь». Не знаю, удастся ли получить с них деньги. Попробую. Книги, во всяком случае, раздобуду. В Прагу, хоть мне это было и неприятно, написал[1272]. Надеюсь, подействует. С Форш беседовали и даже пьянствовали в итальянском кабачке. Она не то написала Вам, не то вскоре напишет.
Что Вы делаете? Мой роман «В Проточном» совершенно загублен. Постараюсь переслать местный экземпляр, когда выйдет[1273]. Пишу сатирический роман «Бурная жизнь Лазика Ройтшванеца», нечто талмудическое.
Не забывайте!
Душевно Ваш
Впервые — НЛО, 19. С. 177. Подлинник — ИМЛИ. Ф.146. Оп.1. № 12. Л.1.
<Из Парижа в Москву,> 26/5 <1927>
Дорогой Владимир Германович,
очень радуюсь, что мы встретимся здесь. Постараюсь приехать сюда как можно позднее. Париж в августе — мертвый город, нечто вроде Брюгге. Даже уличное движение замирает. Оживает он только с начала сентября.
Я вывез из Берлина <в Париж> Савичей[1274], что было, как помните, нелегко. Их поездка — великолепный анекдот!
Мои дела весьма печальны. У меня теперь одна надежда, что Вы поможете Т.И.<Сорокину> получить с этих одесситов следуемые 100 черв<онцев>. Тогда Вы поступите с ними как с гонораром Овадия Герц<овича Савича>. Я сижу без денег и, если не получу этой суммы, буду бедствовать лето здесь.
С «ЗиФ»’ом я ссорюсь. Они хотят, даже переиздавая старые книги, производить самые произвольные купюры. Это возмутительно.
Буду с нетерпением ждать ответа касательно «Рвача».
От Люб<ови> Мих<айловны> и меня сердечные приветы.
Впервые.
<Из Парижа в Москву,> 30 мая <1927>
Дорогой Владимир Германович, мне приходится прибегнуть вновь к Вашей защите. Я просил Вас недавно вступиться за меня в связи с «Рвачом». На сей раз дело касается «ЗиФ»’а. Вот вкратце стадии:
1) «ЗиФ» предлагает анекдот<ические> купюры не только в «Проточном», но в переиздании «Жанны Ней».
2) Я в ответ предлагаю расторгнуть по обоюдному соглашению договор <1 слово нрзб> касательно сроков погашения моего долга.
3) «ЗиФ» в ответ предлагает расторгнуть договор, при условии, что они издают… 1. «Прот<очный>», 2. «Жанну», 3. «Трубки». Он задерживает высылку денег за апрель и за май. Он присылает мне счет, по которому я должен и<здательств>у «за редактуру» 700 с лишним рублей, хоть об этом, конечно, ничего не сказано в договоре.
4) Я отвечаю «ЗиФ»’у: если так, я на расторжение договора не согласен. Вы все равно издаете 3 мои книги в искаженном виде, издавайте и остальные. Тем паче, что материально это анекдот — они выбрали 3 наиболее ходкие книги на условиях, составл<енных> для Собрания сочинений, то есть по 100 рубл. за 10 000 экз.!
1272
По поручению Замятина в журнал «Воля России» с требованием прекратить печатание романа «Мы» (Замятин упоминал об этом в своем «Письме в редакцию» — Лит. газ. 1929, 7 октября); о самом факте печатания «Мы» в «Воле России» ИЭ сообщил Замятину, но это его письмо в ИМЛИ отсутствует.
1273