Но я уже сильно тоскую о Париже и жду конца августа, когда выберусь отсюда.
Что Вы делаете, т. е. рисуете, пишете стихи или просто. Пришлите стихи и пишите.
Катерина Оттовна и Тихон[62] кланяются.
Видали ли три стихотворения, которые я послал Маревне? Когда думаете уезжать из Биаррица и куда?
Впервые — Звезда. 1996, № 2. С.161. Подлинник — ФВ, 13–14.
В конце письма приводится стихотворение «Где-то в Польше» из «Стихов о канунах».
<Из Эза в Биарриц,> 11-го <августа 1915>
Милый бивол, очень жалко стало мне Вас. Все, о чем пишете, легко себе представляю и Фокса с этой стороны знаю хорошо. Так неминуемо должно было приключиться. Обидно, право, что Вы не побыли там один и не писали стихов. Теперь, верно, приедут хозяева и также подгадят слегка Вам жизнь. Когда думаете приехать в Париж? Я буду там в первых числах сентября. Вот только с деньгами у меня плохо. За 100 рублей две недели тому назад платили 170 fr, теперь, верно, еще меньше.
Я почти все время ничего не делаю. Купаюсь почти с отвращением в горячем море и жарю тыквы. Перевел только еще ряд баллад Вийона[63], вместе получилось около 25 — целая книжка. Веду разговоры с юными португальцами[64] об издании своих стихов, но пока что ничего определенного. Получаете ли Вы письма из России? Каковы там настроения и думы? По газетам судить ведь нельзя. Каковы настроения литературной публики, есть ли серьезный внутренний перелом к войне, если что-либо знаете, об этом напишите обязательно.
Как Ваши Гаккебуш[65] — <2 слова нрзб>.
Вчера перечитал вновь Ваши стихи в «Р<усской> Мысли»[66]. Очень хорошо. Жалко, если не выполните намерения и не издадите осенью сборника. Такие стихи должны найти отклик, в особенности теперь, когда Россия начинает заслуживать высокий и духовный чин — в войне побеждаемого.
Что ж, великий молчальник, пишите чаще. Очень рад всегда письмам Вашим.
Может быть, скоро увидимся.
Впервые — Страницы, 97–98. Подлинник — ФВ, 6.
<Из Эза в Биарриц,> 23-го <августа 1915>
Милый паппа Силен[67], вчера получил от Фокса очень радостную открытку из Испании. Рад за нее и за Вас. Теперь, думаю, живя как <1 слово нрзб.>, Вы начнете писать стихи, жду их с нетерпением.
Я собираюсь в первых числах сентября в Париж, поэтому здесь какое-то неопределенное состояние — и все настроения разбрелись, хорошо только стало купание в осеннем море.
Борис Викторович <Савинков> все еще в Ницце, звал меня туда, но до сих пор не собрался я. Как-то нет настроения говорить с ним, да к тому же только вчера закончилась моя неделя «о кухне».
Вчера получил газеты русские. Страшное впечатление производит все, что там делается. И какое-то двойственное. Но одно несомненно — ни победа, ни поражение сами по себе не могут дать внутреннего перерождения, для этого нужно еще что-то, что не знаю. Поражение даст, м.б., «свободы» etc, но вызовет жажду победы, жажду мщения и ненависть. Россия захочет быть внешне сильной, с каждым годом все теряя свою единую и подлинную силу. Есть в этом что-то неизбежное.
Когда думаете быть в Париже? Очень соскучился и рад буду с Вами даже всю ночь пробродить. Пишите пока сюда.
Впервые — Звезда. 1996, № 2. С.164. Подлинник — ФВ, 12.
К письму приложены написанные в июле-августе 1915 г. стихотворения «Вчера на улице шальная девка…» и «После родов», включенные в книгу «Стихи о канунах».
<Из Эза в Биарриц,> 1-го сентября <1915>
Большое спасибо за стихи[68]. Они мне очень близки и дороги. Все это приходило не раз. В особенности хороша середина, насчет причитываний и побоев, здесь всё мысленное начала и конца — преображено в настоящее. Больше всего поразило и подействовало на меня слово «хозяин» — оно здесь страшно сильно и как-то значительно. Почему прислали всего одно? Пришлете другие? Много ли пишете?
62
Екатерина Оттовна Сорокина (урожд. Шмидт; 1889–1977) — первая жена Эренбурга (1910–1913); Тихон Иванович Сорокин (1879–1959) — ее второй муж, парижский приятель ИЭ, искусствовед. Ему посвящена 16-я глава 1-й книги ЛГЖ (6; 440–444).
63
Французский поэт Франсуа Вийон (1431–1463?) — один из самых любимых поэтов ИЭ всю его жизнь; к переводам его стихов он вернулся в середине 1950-х гг. См.: И.Эренбург. Французские тетради — (6; 61–80).
64
Речь идет, видимо, о ком-то из парижского окружения поэта и художника Оскара Лещинского (1892–1919); в ЛГЖ ИЭ цитировал его стихи «Нас принимают все за португальцев» (6; 420).
65
Михаил Михайлович Гаккебуш (1874–1929) — редактор петербургских «Биржевых ведомостей»; после отъезда Волошина из Парижа весной 1916 г. и по его рекомендации ИЭ заменил М.А. в качестве корреспондента «Биржевых ведомостей» во Франции.
66
Цикл стихов Волошина под общим заголовком «Anno mundi агdentis» («В год пылающего мира» —
67
Одно из прозвищ Волошина, употребляемое ИЭ. Папа Силен (по-гречески писалось с двумя «п») — персонаж вакхической драмы Инн. Анненского «Фамира-Кифарэд», опубликованной в 1913 г.: «Это старый сатир с очень румяным лицом, полный, почти тучный, седой и с начесами курчавых волос на небольших рожках, которые сатир, видимо, прячет».