Я был на севере — в Лапландии, очень мне там понравилось и не хотелось возвращаться, не говоря уже о лопарях и полночном солнце; помните шведский ресторан в Париже, так это жалкая имитация!..
Не собираетесь ли в Париж?
Пожалуйста, кланяйтесь жене и всем общим друзьям.
Сердечно Ваш
Впервые — Сов. славяноведение, 1975, № 2. С.92-93. Подлинник — Национальный музей им. Мицкевича (Варшава).
<Из Парижа в Варшаву,> 17/X <1929>
Дорогой Тувим,
спасибо от меня за издателя, от моего хунда[1385] за поцелуй. Книга «10 лошадиных сил» только что вышла, и я пошлю ее Вам в ближайшие дни. Я не могу написать Штейнсбергу по той простой причине, что я не знаю адреса этого чудного человека, с которым мы так нежно пили водку в «Бристоле». Сообщите мне, пожалуйста, сей адрес или же попросите Штейнсберга прямо мне написать. Я предлагаю ему две книги: «10 л.с.» и «Заговор равных». Последнюю он, наверное, знает.
<Живу я> туманно и, говоря по-местному, мэрдовато. Был как-то в ночном кабаке и, выпив сналса, вспомнил наше апремади[1386]. Давайте-ка, Тувим, сюда, культурой и прочим соблазнять не <буду>. Это дело спорное, ну, конечно, тур д’эйфель, валери и так далее, но выпьем мы с Вами и, выпив, потолкуем.
Обнимаю
Впервые — Сов. славяноведение, 1975, № 2. С. 94. Подлинник — Национальный музей им. Мицкевича (Варшава).
Рисунок Ю. Анненкова.
Париж
1930
<Из Парижа в Ленинграда 17/3 <1930>
Дорогой Евгений Иванович,
спасибо большое за письмо, которое очень меня обрадовало. Ваши прежние рассказы прошли с успехом, был ряд занятных статей (последняя, в журнале «Нувель ревю франсез»). Вторая книга намечена, но пока только в проекции. Когда выяснится точнее, сообщу. В американскую антологию советских писателей включен «Мамай».
Нет ли у Вас пьесы на русский сюжет для здешних театров — ищут. Я вот к этому делу, то есть к театру, вовсе не приспособлен.
Видали ли Вы антологии Познера[1387] и «Малика»?
Здесь стало скучновато, а главное, для нашего брата весьма неуютно. Я работаю, пишу. Теперь нечто вроде ублюдочного романа: борьба за рынки, спички, хлопок и пр.[1388] Читали ли Вы отрывки, довольно жалко подобранные, из моей последней книги «10 л.с.»? Хотел там передать ужас перед машиной, по форме найти жанр, средний между романом и репортажем. Было это в «Кр<асной> Нови»[1389]. Жаль, что не могу Вам послать книгу[1390].
Не теряю надежды скоро с Вами лично повидаться и вволю поговорить!
Сердечно Ваш
Впервые — НЛО, 19. С. 181. Подлинник — ИМЛИ Ф.146. Оп.1. № 12.
<Из Парижа в Москву,> 27 апреля <1930>
Дорогой Рюрик Абрамович,
давно я ничего о Вас не слыхал. Наверное, мастивитеете <так! — Б.Ф.>!..
В Париже все по-прежнему, то есть погановато, за исключением весны на редкость хорошей. Однако Монпарнас стал непроходим, как задняя площадка трамвая, и бедный Моня без крова.
Я все еще работаю, хотя неизвестно зачем. У нас <т. е. в СССР> меня не печатают. Нет ни любви, ни денег. Года же проходят, и все начинает основательно надоедать. Выстрел Маяковского[1391] я пережил очень тяжело, даже вне вопроса о нем. Помните наш разговор в «кружке» о судьбе нашего поколения?.. Ну вот. Напишите хоть Вы что-нибудь утешительное!
Помимо этой сомнительной лирики еще есть до Вас дело, то есть, не кляните меня, просьба. Зайдите, бога ради, в «ЗиФ» и выясните с ними вопрос обо мне. Осенью «Федерация» хотела издать мои книги (речь идет о трех: «Заговор Равных», «10 л.с.», «Виза времени» — путевые очерки). Тогда «ЗиФ» восстал и заявил свои права. Прав у них никаких не было. Я написал Ионову[1392]. Он тотчас же ответил весьма приветливо, что они, мол, и освободят, если я настаиваю, но очень просят отдать им. Назвал условия. Я согласился. После этого они онемели. Как-то, месяца три тому назад, я вдруг получил телеграмму, подписанную неким Свистуновым[1393]: «Высылаю договор». Ничего я не получил. Договор не подписан. Книги не выходят. Мне это очень обидно. Ведь «Заговор равных» написан два года тому назад, а «10 л.с.» год тому назад. В «Кр<асной> Н<ови>» печатались только отрывки, вернее сказать бы, обрывки. Пожалуйста, выясните с ними это дело. Если они хотят издавать, пусть тотчас же подпишут с Вами договор на условиях, одобренных ими и мной. И пусть передадут рукописи в «Федерацию».
1385
От немецкого «hund» — собака, пес; слово несомненно заимствовано от Тувима, т. к широко употреблялось в Польше, как в польской речи, так и на идиш; речь в письме — о всеобщем любимце Бузу, скотч-терьере ИЭ.
1387
Anthologie de la prose russe contemporaine. Paris, 1929; составлена Владимиром Соломоновичем Познером (1905–1992); в нее была включена, в частности, проза Замятина и ИЭ.