Вчера отправил Вам № 3 «Нов<ой> Русской Книги», где рецензия Пильняка о «Mater Dolorosa». Кстати о посылках. Выслано Вам 7.3. <1921> АРА, 7.3 медикаменты, 19.4. и 3.5 шоколад. Духи переслать можно только с оказией — когда будет, обязательно сделаю (слабость — понимаю — почти разделяю). Вещи же вышлю на днях. Гонорар мой тратьте вовсю (на плитку шоколада хватит?). Очень обидно, что до сих пор не получил моих «Раздумий». —
Ваш «Барабан» несколько задержался из-за бумаги, но выйдет в течение этого месяца. Тогда вышлю Вам 20 экз. О других книгах так — рукописей я до сих пор не получил. Сборник «Бр<атья>Серап<ионовы>»[395] можно продать немедленно по 2000 за лист (40 т<ысяч> букв). Сборник стихов — общий — также нетрудно продать. Труднее с отдельн<ыми> книгами молодых поэтов. Во-первых, здесь поступили в продажу петербургские издания. Во-вторых… стихи! Ненапечатанные отдельные стихи можно пристроить в журналах («Вещь», «Эпопея» и др.). Во всяком случае сделаю все от себя зависящее. Гонорар, думаю, лучше всего выслать посылками ARA, мелкий Нансеновскими[396] (2½ долл<аров>). Итак, жду рукописей и книг. Пришлите Ваши новые стихи для журналов. Вот и все дела.
Вы спрашиваете меня о Пильн<яке> и др. Вы правы в догадках. То есть о нем лично я Вам писал — он мне очень не понравился. Вел себя во всех отношениях неблагородно, каялся и пр. Напоминал сильно Алексея Спиридоновича <Тишина>[397]. С А.М.<Ремизовым> и Б.Н.<Андреем Белым> сложнее. Официально отношения хорошие. Внутри, сих стороны, неприязнь. Причины? Первая и главная та же, что у Дома Литераторов. Далее отмеченное Вами мое умение резкостью отчуждать. Еще — «Хуренито», «А все-таки», «Вещь» и пр. — чужое, непонятное. Думаю, что считают лицемером и подлецом. Я к ним отношусь хорошо (никогда не строю моего отношения на отношении ко мне[398]). Но от злобы устал — старость. Еще прибавился Кусиков (стойлопегасовская армейщина)[399]. Тьфу! Люблю (лично) Пастернака и Цветаеву. Глубоко ценю Маяковского (тоже лично). Мария Михайловна, Вас очень нежно люблю и помню. Нашей дружбе радуюсь. Пишите чаще. Целую руки.
Люб<овь> Мих<айловна> шлет привет. Открылась выставка ее работ в Sturm’e.
Впервые — ВЛ. 1973. № 9. С.198—199. Здесь исправлено по рукописи. Подлинник — ФШ, 10–11.
<Из Берлина в Петроград,> 12/5 <1922>
Дорогие Серапионовы Братья,
позавчера лишь я получил ваш альманах[400] и рукописи. Говоря предварительно с «Геликоном» я думал, что речь идет о неизданных вещах. Присланное ввиду того, что это выходит в России, уж он взять отказался. Я обошел другие и<здательст>ва. Хочет взять «Русское творчество» (ред<актор> А.Толстой)[401] Лично мне это и-во не особенно по вкусу, но сие не столь важно. Условия они предлагают хорошие. Сегодня должны дать окончательный ответ. В случае положительного постараюсь вам завтра же выслать посылки через АРА на имя Полонской. «Геликон» же Вас просит прислать неизданные вещи. — Вот и все. Позволю прибавить, что альманах по-моему хороший. Дружеский привет.
Впервые — И.Эренбург. Письма / Публикация А.Рубашкина // ВЛ. 1987. № 12. С. 178. Здесь исправлено по рукописи. Подлинник — ЦГАЛИ СПб. Ф.414. Оп.1. Ед.хр.65. Л.1.
<Берлин в Петроград,> 14-5-1922[402]
Дорогая Мария Михайловна,
писал Вам 4/5. Сейчас сообщаю гл<авным> обр<азом> о делах. Вот новости.
Альманах Серапионовых Братьев я получил и продал за 15 т<ысяч>. Высылаю посылку через АРА в 50 долл<аров>.
Больше ничего не получил. Сборник стихов петерб<ургских> поэтов не получил. Жду.
Изд<ательство> «Мысль» — там, где вышли «Кануны», — издают, правда, гнусно — хочет издать книжку Овсянникова «Последние дни»[403] — но я ее до сих пор не получил. Срочно пришлите. За нее надеюсь получить тысяч восемь. Также АРА?
395
Речь идет о попытке переиздать в Берлине книгу «Серапионовы Братья. Альманах первый». Пб.: Алконост, 1921 — сборник семи рассказов семи прозаиков из числа группы «Серапионовы братья». Берлинское издание, несколько отличающееся по составу от петроградского, было осуществлено (1922).
396
Посылки, направляемые в Россию Комитетом Международного общества помощи голодающим Поволжья, созданного по инициативе Ф.Нансена и действовавшего под эгидой Лиги наций.
397
Персонаж романа «Хулио Хуренито», некая предтеча образа Вассисуалия Лоханкина у Ильфа и Петрова.
398
Эта черта ИЭ сохранялась у него навсегда — его суждения о тех, кого он считал большими писателями, не зависело от их отношения к нему лично (таковы его высказывания о Цветаевой, Пастернаке, Ахматовой, Гроссмане, отношения с которыми не были ровными; так и о Пильняке в ЛГЖ написано в высшей степени корректно).
399
Александр Борисович Кусиков (1896–1977) — поэт-имажинист из окружения Есенина; ИЭ познакомился с ним в московском литературно-поэтическом кафе «Стойло Пегаса» в 1918 г.; затем встречался в Берлине, когда Кусиков с гитарой сопровождал Есенина; в № 1 за 1922 г. «Новой русской книги» ИЭ напечатал рецензию на книги «черкеса» Кусикова.
401
20 мая 1922 г. А.Н.Толстой в письме К.И.Чуковскому изображал это так: «Альманах Серапионовых братьев я приобрел — выхватил у Эренбурга — для издательства „Русское творчество“» (Москва. 1964. № 4. С. 158).
403
Речь идет о книге мужа Е.Л.Овсянниковой прозаика А.А.Ольшевского (1878–1951), публиковавшегося под псевдонимом А.А.Овсянников, «Последнее лето Людовика XVI по песням великой революции» (Пб., 1921). В дальнейших письмах Шкапской ИЭ называет автора этой книги то Овсянниковым, то Ольшевским. В 1922 г. в журнале «Книга и революция» Ольшевский (под своей фамилией) напечатал статью «О последних произведениях И.Эренбурга», в которой приходил к выводу, что «интереса и значительности их отрицать нельзя».