В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла миссис Боули. В одном халате, непричесанная, она застыла, молча глядя на них. Стало абсолютно тихо. У Мэтта глупо отвисла челюсть. Он попытался объясниться, но не успел и слова сказать, как раздался тонкий пронзительный голос миссис Боули. И одновременно ее испепеляющий взгляд был устремлен на Энн.
– Я знала, что ты здесь. Нутром чуяла. «Пойду прогуляюсь, миссис Боули. Если я вам понадоблюсь, я буду в своей комнате», – передразнила она Энн. – Так я тебе и поверила! Думала, что сможешь обвести меня вокруг пальца, не так ли? Но меня не проведешь. Я знала, что ты задумала. Все вы, медсестры, одинаковые. – Ее голос поднялся до визга. – Когда жена больна, ты пытаешься у нее из-под носа увести мужа! Это один из ваших маленьких профессиональных трюков.
Охваченная ужасом, Энн вскочила на ноги, с ее губ был готов сорваться страстный протест, но миссис Боули набросилась на нее с новой силой:
– Не смотри на меня так, маленькая Иезавель[30]. На сей раз тебе это с рук не сойдет. Я вставлю палку в твое колесико! – Она злобно повернулась к мужу. – А ты, Мэтт Боули! Что же ты за дурак такой, что попался на удочку этой твари? Ты, который баллотируется на пост мэра и хочет стать таким большим человеком в городе. Я уже подумываю о том, чтобы выложить все начистоту. Хорошенькая история получится для газет! «Мэтт Боули обнимает и целует медсестру своей больной жены». Ах! Тебя наверняка изберут лорд-мэром Манчестера, когда увидят такую лакомую новость.
Яд в ее словах заставил Боули скривиться.
– Моя дорогая, – простонал он. – Ты этого не сделаешь.
– Еще как сделаю! – яростно перебила она. – Сам увидишь! Не для того я больше тридцати лет не мешала тебе жить, чтобы сейчас какая-то шлюха крала тебя у меня. А если ты еще хоть слово скажешь, я обещаю собрать здесь всех городских репортеров – даже если это будет последнее, что я сделаю.
На миссис Боули в ее жалком ожесточении больно было смотреть: ее голова тряслась, словно ее разбил паралич. Она снова повернулась к Энн и, тыча в ее сторону дрожащим пальцем, продолжила задыхающимся голосом:
– Что касается тебя, красотуля, ты уберешься из этого дома сию же минуту. И мне придется сказать пару слов вашей главной о тебе. Я позабочусь, чтобы за все свои старания и услуги ты получила сполна.
Энн взглянула на Боули, который все еще сидел на диване, опустив голову. С побледневшими губами она напряженно ждала, что он снимет с нее все обвинения, объяснит, что она невиновна. Она знала, что никакие ее слова не образумят миссис Боули. Но Мэтт виновато избегал ее взгляда. Он был слишком раздавлен, слишком напуган угрозой жены, чтобы даже допустить мысль о попытке оправдать медсестру.
– Давай убирайся! – взвизгнула миссис Боули. – Чего ты ждешь? Твой багаж будет отправлен следом. Если не поторопишься, я прослежу, чтобы тебя вышвырнули вон.
Энн спокойно посмотрела на разъяренную женщину:
– В этом нет необходимости, миссис Боули.
Из-за этой безобразной сцены она чувствовала себя несправедливо униженной, но теперь, когда ее положение было безнадежным, ее охватило странное спокойствие. Губы Энн скривились, когда она добавила:
– Вряд ли этот скандал послужит хорошей рекламой для вашего мужа.
– Вон! – возопила миссис Боули. – Говорю в последний раз!
Даже не взглянув на Боули, Энн направилась к двери.
Глава 31
Было почти девять часов вечера, когда Энн вернулась в госпиталь. Опустошенная стычкой, чувствуя боль в сердце и совершенно разбитая, она никого не желала видеть. Ей хотелось незаметно пройти прямо к себе в комнату. Но у главного входа ее остановил привратник Маллиган.
– Что случилось, сестра Ли? – удивленно воскликнул он. – Что привело вас сюда в такой поздний час? Я только что тоже упоминал вас. Там один тип спрашивал о вас пару часов назад. Я сказал ему, что вас в больнице нет. Но он не уходил. Немного навеселе, если позволительно так сказать. Я отвел его в приемную, чтобы отвязаться. Думаю, он уже ушел. Но если хотите, посмотрю.
– О, не беспокойтесь, Маллиган, – устало сказала Энн. – Вряд ли это что-то важное.
Но добродушный привратник настоял на своем. Вернулся он через несколько секунд.
– Да, сестра, он все еще там. Говорит, что должен вас увидеть.
Энн пришлось направиться в приемную и там, в этом огромном и пустом помещении, выложенном белой плиткой, утонув в кресле, сидел за столом Джо. При виде ее он попытался подняться, слегка пошатнулся и снова сел. Бледный, несчастный, растрепанный – воротник расстегнут, волосы падают на лоб, – Джо был жалко и непотребно пьян.
30