Питер Петтигрю объявлен в розыск МКМ и авроратом магической Англии.
А через несколько часов сработает портал, и Альбус повстречается с другом и наставником - Николасом Фламелем.
Как он и Перри изменились в этом кривом зеркале? Страшно, но необходимо узнать.
- Мальчик мой, Альбус! У тебя что ни год, что-то новенькое! Весьма любопытно изучать то зелье, что варится нынче в английском котле. Весьма и весьма. Садись же, и обскажи старику все подробнее. Как можно подробнее.
Николас и Пернелла совершенно не изменились.
Удивительные, бесценные, родные.
На прощание Альбус не выдержал и изменил собственным принципам:
- Учитель, позвольте, я воспользуюсь камнем? - с отчаянием взмолился он, хоть клялся себе никогда в жизни такого не делать (ну, строго говоря, он и был не в жизни, а в посмертии).
- Мне странно слышать твой вопрос. Этот камень твой на год, я обещал не вмешиваться.
- Да? - Альбусу было дико в такое поверить. И уж конечно же, он никогда не спросил бы камня для себя. - Спасибо. Я обязательно пришлю с Фоуксом воспоминания.
- Тех, что ты принес сегодня, нам с Пери на месяц хватит.[2]Не спеши, мальчик мой. Куда нам с тобой спешить?
И появился шестой Альбус (спасибо, леди Ровена, что изобрела хроноворот!).
Альбус-алхимик.
Два месяца труда, переписки с Учителем, с зельеварами России и Японии (самые сильные школы зельеварения, как ни огорчительно такое признавать англичанину. Он бы и не признавал, если бы не дружище Боримир). Работы в лабораториях в одиночку, в компании с Северусом и Перси Уизли (очень старательные мальчики), с Фламелями, увлекшимися интересной задачей.
Два непростых месяца.
И эликсир для Фрэнка и Алисы.
А если так подумать - каких-то два месяца. Пустяковое дело! Зато счастливая семья, здоровые ученики, адресок шляпника Августы. Не за что и благодарить. Он получил свою награду улыбкой Невилла.
Вот только еще отоспится всласть!
Сириус, застигнутый директором за тем, что собрался выбросить фамильные вещи на помойку, заслужил укоризненный взгляд директора и с радостью принял предложение передать Отделу Тайн "всю дементорову дрянь, какая им только понравится".
Альбус, с разрешения хозяина дома, взял два фолианта для школы и один медальон. Как он выразился: "Лично для себя".
А после они устроили ремонт и в доме на Гриммо.
Нимфадора била и восстанавливала окна ("это быстрее чем мыть, мамочка!"), Ремус уничтожал домашних вредителей - докси, боггартов, грызунов, Сириус ругался с портретом мамаши, Альбус договаривался о стройматериалах, Молли готовила еду и ругала Флетчера. Воровать в особняке было нечего, но Мундунгус чувствовал себя насквозь виноватым. По привычке.
- Ну, балки подновили, щели заделали, стены оштукатурили, паркет отциклевали, трубы заменили, а газовые рожки демонтировали. Можно красить, клеить обои и вешать картины, - радостно резюмировал директор. - Сириус, дели комнаты. Кому и что доверишь?
- Вам - гостиную. Молли, пусть прихожая в этом доме будет уютной. Никто, кроме тебя не умеет так показать человеку, что его ждут и любят. Даже если не ждут.
- Сириус Блэк! Что ты... - Молли была возмущена. Кого это она не ждет?! Но Сири уже развернулся к Ремусу:
- Рем, на тебе подвалы. Племянница, тебя туда же, - и он хитро подмигнул покрасневшей до кончиков волос Тонкс.
- Гостиную? Это так ответственно, мой мальчик. Я полагал, что, зная мой вкус...
- Именно! Пусть будет ярко! Пусть в этом доме будет светло, директор Дамблдор! А я займусь комнатой Гарри.
Все разошлись. В гостиной остался только счастливый Альбус. И Мундунгус.
- А ты что стоишь?
- А чего, уходить можно уже? А Молли пудинг обещала.
- Как уходить? Осталась одна комната, спальня Блэка. Ясно же, что он ее тебе доверил.
Ясно директору было одно: не до конца поправившийся Сириус просто махнул на себя рукой. Побежал устраивать спальню Гарри, а свою посчитал неважной. Это нехорошо. А Мундунгус справится. Дамблдор верил в мальчика.
Озадаченный Флетчер поднялся по лестнице. Подошел к двери, дернул. Заперто.
- Вота. Самого, кого не жалко, послали. В доме Блэк запертые двери отпирать, - ворчал воришка, колдуя над замком.
Комната, как оказалось, избежала штукатурки и шпаклевки. По примеру Тонкс разбив и восстановив окошко, Мундунгус огляделся по сторонам. Стены были в изображениях магловских развратных девиц. Они не двигались и не отклеивались от стены (он же вор, понимать же должны).
Закрашивать такую роскошь Флетчеру стало жалко, так что пришлось сбегать к директору, поинтересоваться, какие чары заставляют картинки двигаться, а потом старательно оживлять самых симпатичных девчонок.
2
не знаем, понятно ли, но поясним дополнительно: Николас и Пернелла развлекались таким образом. Их ученики поставляли им смонтированные воспоминания, которые можно было смотреть, как фильмы с эффектом присутствия. Политический триллер из Англии, мелодрама из Бразилии, комедия из Франции - выбор был богат, а коллекция обширна. Это не единственная отрада Фламелей, но "фильмотеку" они отбирали придирчиво.