— И правильно сделала. Я бы таких мужиков своими руками душила. А Светлана Михайловна хоть и болтушка, но милая, симпатичная женщина.
— Хочешь сказать, она прислушалась наконец к нашим рекомендациям и развелась?
— А почему бы и нет, — фыркнула Даша. — Давно уж пора.
— Дай бог, — вздохнула Далила, — но почему она не звонит? В таких случаях пациенты обычно звонят, хвастают своими успехами. Я за нее переживаю.
Дарья махнула рукой:
— Не переживайте, Светлану Михайловну я разыщу. Вы меня знаете, мертвого из-под земли достану, если, конечно, захочу.
— Ой, захоти, пожалуйста, Дашенька, — с улыбкой попросила Самсонова.
И грустно подумала: «Только не мертвой. Слишком много образовалось вдруг мертвецов».
Глава 12
После разговора с Карапетом Ашотовичем Далила пришла в смятение. Страшная история, казалось, коснулась ее совсем не случайно. Почему погибла Анфиса? Почему она накануне смерти искала нотариуса именно в том здании, где расположился офис Самсоновой? Кто направил Пекалову к Марку Борисовичу? Он известный нотариус, имеет в Питере отличную репутацию, но есть и другие, не хуже его.
«А Сасунян? Разве он не загадка? Так ли уж случайно он попал ко мне на прием? — задалась вопросом Далила и тут же себя осадила: — Да что это я, Сасунян муж Людмилы. После истории с Соболевой[1] мне везде мерещатся заговоры. Коли так, то против меня должна быть Галина, моя Галина. Ведь это она рассказала о проблемах Людмилы и толкнула меня к ней пойти».
Далила себя «успокоила»: «Если моя простодушная Галка в заговорщицу превратилась, тогда я точно схожу с ума. Анфиса ко мне забрела случайно. В жизни и не такие совпадения приключаются, мне ли об этом не знать».
И все же Самсонова заглянула к нотариусу:
— Марк Борисович, вы не припомните, Пекалова составляла у вас завещание?
Нотариус подтвердил:
— Анфиса Пекалова, да, составляла. Я кабинет закрывать собирался, она слезно просила. Пришлось задержаться, хоть я и спешил.
— И задержались вы не напрасно. Анфиса Пекалова в тот же день умерла. Точнее, погибла, — сообщила Далила.
Марк Борисович отшатнулся:
— Что вы говорите! Молодая красивая девушка! Я не знал. Наследники не объявлялись еще. И когда это произошло? — рассеянно спросил он и сам же ответил: — Ну да, вы же сказали, в тот самый день. Я, правда, не помню числа. Когда это было?
— Шестого.
— Недавно совсем.
Марк Борисович выглядел очень растерянным. Далила его состояние объяснила щекотливостью ситуации. С одной стороны, он Самсонову уважает, но все же боится бестактных вопросов.
Если Марк Борисович и боялся вопросов, то напрасно. Далила не стала интересоваться содержанием завещания. Она лишь спросила:
— А вы не в курсе, кто Пекалову к вам направил?
— Нет, не в курсе. У нас не обнаружилось общих знакомых. Девушка была подавлена и немногословна. Мне показалось, она тоже спешит.
Толком ничего не узнав, Далила собралась уходить. Марк Борисович вздохнул с облегчением, когда Самсонова взялась за ручку двери, но она вдруг спросила:
— А вам не знаком Карапет Ашотович Сасунян?
— Нет, не знаком, — глухо раздалось в ответ.
Оглянувшись, Далила прочитала испуг в глазах Марка Борисовича и скрепя сердце пошла на бестактность.
— Сасунян упомянут в завещании Анфисы Пекаловой? — спросила она.
— Простите, но я не могу вам сказать. Это тайна, — виновато пробормотал Марк Борисович.
— Значит, да, — поникла Далила. — Анфиса завещала все Сасуняну. Интересно, много ли у нее добра?
Нотариус помрачнел.
— Простите, я не права, — образумившись, извинилась Самсонова и стремительно вышла из кабинета.
Марк Борисович проводил ее задумчивым взглядом. Испуг надолго поселился в его глазах.
А Далила села за руль «Форда» и призадумалась: «Куда ехать?»
Домой не хотелось. На сердце печаль и тревога. В таких случаях она отправлялась к подругам: особенно помогала Галина.
«Рассказать Семеновой о том, что я подозреваю в убийстве Анфисы мужа нашей Людмилы? — спросила себя Далила и содрогнулась: — Этого делать нельзя. Как нельзя оставаться одной. Я стала свидетелем проблем школьной подруги, есть над чем призадуматься.
А Людмилу как жалко!
Теперь мыслями себя изведу, не засну без снотворного, а завтра у меня два сложных сеанса. Я должна быть в отличной форме. Поеду-ка в клуб, к Елизавете…