В: Чувствую.
А: «И Он, отверзши уста Свои, учил их, говоря: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царствие Небесное». Сейчас мы вернемся ко всему, что мы проходили, опираясь на опыт, полученный тобой сегодня. «Нищие духом» – то есть смиренные. А еще какие? Что такое смирение? Это и принятие, и бесстрашие. Без сегодняшнего опыта про «бесстрашие» было бы непонятно, правда? «Блаженны плачущие, ибо они утешатся». В нашем обычном, заблокированном, сдерживаемом, стесненном плаче эта точка очень слаба, через нее действительно трудно пройти. Теперь ты о ней знаешь не по рассказам. «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю». Почему именно кроткие блаженны, почему именно они наследуют землю? Своей кротостью они ее наследуют. А как? Что такое кротость?
В: Тоже смирение.
А: Вот, например: я вытащил у тебя главный страх, о котором ты не подозревала. Он оказался рациональным. Ты боишься, что твой сын умрет. Я сразу его увидел, еще днем, когда ты сидела и плакала на подоконнике. Ты плакала от счастья, что твой сыночек пошел в школу. Но на самом деле ты плакала не поэтому. «Жив мой сыночек, жив еще пока» – вот что значит твой плач. Ты себе жизнь в ад превращаешь таким образом, все время ожидая того события, которое неизбежно, неминуемо произойдет. Ты живешь, как перед казнью. Место жительства – эшафот. «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю». Почему они ее наследуют, Вероника? Да потому что остальные умрут в этом самом страхе. А кротость – это та точка, которая не умирает.
Продолжим. Весь текст с 3-го по 12-ый стих обладает потрясающей целостностью и единством. Давайте попробуем это единство рассмотреть более подробно. Для этого необходимо взглянуть на упомянутые строки не как на простое перечисление, а как на некие вехи на пути восхождения души к Богу, некую последовательность духовных устремлений и этапов внутреннего развития. С этой точки зрения иерархия блаженств обладает всеми атрибутами классического понятия дао как в его каноническом даосском понимании, так и в конфуцианском, а затем – в буддистском. Путь блаженств – это действительно классическое дао, ибо, во-первых, он указывает на то, какой дорогой следует двигаться душе в своем стремлении к вершинам христианских идеалов; во-вторых, вглядываясь в перечисление блаженств, мы получаем возможность узреть те абсолютные метафизические принципы, которые, с одной стороны, и создают этот путь блаженств, а с другой – знание которых помогает нам по нему двигаться. Именно поэтому я считаю, что, без всякого преувеличения, но в то же время и без всякого преуменьшения мы смело можем рассматривать то, что мы с вами пытаемся постичь, как Великое дао блаженств Великой христианской традиции.
Итак, все начинается с блаженства «нищих духом»: это базовое условие возможности открытия сознания для сердечного опыта Царства Небесного. Без него человек никогда не сможет выйти за пределы умствований и концептуализаций.
Затем идет сублимация17, утоньшение и возгонка первоначального опыта через последующее наращивание присутствия в точке капитуляции. Возникновение этого присутствия как раз и становится утешением плачущих.
Затем, в точке присутствия, в сердечной открытости и умилении, начинается внутренняя работа. Эта точка растет, занимая все больше внутреннего пространства, преображая его из психического в духовное. Капитуляция из разового события превращается в постоянное свойство души, и так возникает блаженство кротости, а кротость – это уже черта характера.
Наступает момент очередных внутренних выборов, и если человеку удается правильно пройти сквозь узкие врата духовных испытаний, то у него возникает возможность испытать блаженство насыщения правдой. Это уже следующая ступень, большой и важный этап на пути внутреннего роста и расширения сознания. Опыт сублимируется и из области чувства переходит в сферу осмысленного и осознанного.
Изменившееся сознание требует и изменения отношения к миру. Трансформированное восприятие трансформирует в свою очередь воспринимаемую сторону жизни. С окружающих спадает пелена демонических иллюзий и проекций, они начинают видеться в более правдивом и как бы внутреннем свете, преображенное сознание сторицей возвращает свое преображение обратно, к сердцу, наполняя его любовью и блаженством милосердия и сострадания, причем неразделенно.
Здесь уже создан и работает в полную силу прочный тандем ума и сердца, поддерживающих друг друга на нелегком пути нравственного очищения. Чистота сердечная дается нелегко, через труднейший и в то же время основополагающий для христианской духовной практики процесс покаяния, и для его реализации требуются все предыдущие свойства души, поэтому процесс внутреннего роста в христианстве в высшей степени нелинейный, я бы сказал – голографичный, Он происходит много-многократно, это путь длинною в жизнь, да и то в лучшем случае.
17
Сублимация. Здесь это слово применяется больше в юнгианско-алхимическом, чем в классически-психоаналитическом смысле этого слова.