Этот пример показывает, что древние авторы анализируют все положения через неизменную канву. Вначале неполноценность Дария III по отношению к Александру была выражена в терминах, идентичных тем, которыми описывался Артаксеркс II по отношению к Киру. Начиная с Кунакса маятник качнулся в другом направлении, но авторы все время используют ту же самую бинарную схему: хороший и плохой советник, советник персидский и греческий, наступать или отступать, подниматься к верхней стране или спускаться навстречу противнику, с точки зрения мужества и трусости, способность понимать советы или неспособность понять ситуацию, и т.д. И заочное сравнение между Артаксерксом и Дарием у разных авторов становится все более нелицеприятным для последнего, поскольку первый, будучи победителем на поле битвы, намерен поиздеваться над телом смертельно раненного противника.
Можно найти параллели в суждениях относительно главных действующих лиц. Вначале сравнение оборачивается не в пользу Артаксеркса и Дария III, чьи военные приготовления и манера боя строго осуждаются, Точно так же, как, согласно Диодору [102], Артаксеркс не получил отрядов от "индийцев и других народов, ввиду отдаленности их стран", так и в армию Дария не вошли "бактрийцы, согдийцы, индийцы и другие прибрежные жители Красного моря, так как выступление войск произошло в большой спешке" [103]. Это сближение было сделано с намерением проиллюстрировать неизменность персидских методов боя, поскольку моменты, связанные с управлением и организацией тыла и снабжения, являлись, безусловно, одним из элементов выбранной стратегии. Тем не менее присутствующая в литературе начиная с V века тема медлительности персидских военных приготовлений напоминает скорее тяжелую mimesis. Мы обнаруживаем этот мотив у Лукиана, современника Арриана. В пародии "Судно или пожелания" Самипп, военачальник, руководящий походом против Великого царя, собирает своих советников и просит у них совета: один, Адимантос, советует проявлять осторожность и даже трусость, другой же, Тимолай, предлагает скорее "двигаться со всеми армиями навстречу врагу, не ожидая, чтобы тот усилил свою армию союзниками, пришедшими к нему на помощь". "Пока враги еще в дороге, давайте атакуем их", - заключает он. И действительно, в этот момент царь сумел объединить "людей из ближних и дальних земель своей империи" [104].
Вначале Артаксеркс уклоняется от боя: "Он не вступил в бой и сражался отступая [105]. Ксенофонт подчеркивает преступное доверие, проявленное Киром в начале столкновения со своим братом: "Царь не мешал армии Кира пройти, и тот подумал, как и многие другие, что царь отказался от сражения. Поэтому на следующий день он продвинулся вперед еще дальше, не обращая внимания на его оборону" [106]. И здесь параллель с событиями войны Дария и Александра достаточно очевидна: в то время как Александр "явно показывал, что он продвигается вперед... Дарий не продвинулся больше. Он остался на берегу реки, в некоторых местах довольно крутом: он даже приказал поставить в некоторых местах преграждающие изгороди, которые казались вполне доступными; действуя таким образом, он продемонстрировал окружению Александра, что стал пленником своего собственного решения" [107].
Иными словами, Дарий решил обороняться за укреплением. Арриан развивает те же доказательства, осуждая персов эпохи Дария, который, по его мнению, преградили русло Тигра серией "katarraktes", представленных как настоящие долговременные укрепления, - в действительности же это были легкие заграждения, сделанные из фашин и земли, предназначенные для повышения уровня воды в периоды спада вод, и таким образом улучшающие оросительную систему. Согласно Арриану, Александр старался их разрушить, "говоря, что это не годится для людей, стремящихся продемонстрировать свое военное превосходство" [108]. Это размышление, очевидно, вдохновлено рассуждениями философов и греческих ораторов, среди которых были Платон и Ксенофонт: город не должен надеяться на свои стены, он должен положиться на мужество своих граждан.
102
Диодор XIV.22.2 (цитируя свой источник: Эфор); см. также собственные заявления Кира, выраженные (или скорее составленные) Ксенофонтом в «Анабасисе» 1.5.9.