В зависимости от датировки мозаики - относится ли она к концу царствования Александра, создана сразу после его смерти или, напротив, выполнена намного позднее, - нельзя понять, создал ли художник сначала образец, который затем широко копировался, или он вдохновился уже существующим рисунком. Что бы там ни было, мозаика не является единственным экземпляром "Сражения Александра с Дарием". Известны также изображения на вазах из Южной Италии, приписываемые мастерской "художника Дария" (около 330-320? гг. до н.э.), на которых также изображено поражение и бегство Дария на колеснице, преследуемого Александром, на коне, с копьем в руках, бросающим его вслед убегающему противнику (рис. 44) [118]. На этом изображении Великий царь также низведен до положения побежденного. Он делает жест правой рукой по направлению к своему противнику, подобно тому, как его изображает автор мозаики. "Сражение Александра" является также одним из мотивов, изображенных на замечательном сидонском саркофаге, условно называемом "саркофагом Александра" (рис. 36а). Этот мотив обнаруживается на многочисленных италийским изображениях. На барельефе, найденном в Риме, император (римский), сидя на коне, пронзает копьем живот всадника-варвара (в данном случае германца). Это изображение сделано по единой модели, которой также следовал и художник-мозаичист. Всадник, пронзенный копьем, изображен и на погребальной этрусской урне из Изернии (рис. 3бс), а также на кубке с вырезанным именем С. Попилия (рис. 36Ь), где этот мотив соединен с изображением врага, обратившегося в бегство на колеснице и преследуемого конным воином. Таким образом, нет никакого сомнения, что распространение этого мотива в римской Италии восходит к весьма известному культурному и политическому факту и является подражанием Александру. Вероятно, именно по этой причине владельцы "дома Фавна" приказали выполнить там подобную мозаику.
Мозаика находится не в самом хорошем состоянии: без сомнения, она пострадала во время транспортировки в Неаполь в 1843 году, но она уже была повреждена еще в древности, что доказывают четкие следы выполнявшейся реставрации. В левой стороне (изображение Александра) имеются значительные лакуны; вероятно, не хватает участка в центре картины, в зоне контакта между фигурой Александра (двигающегося слева) и фигурой Дария (двигающегося справа). Некоторые лакуны наносят особенно большой ущерб изображению, поскольку отдельные детали изображения выполняют разъясняющую роль, в особенности рисунок, который изначально находился на поднятом знамени с правого края картины (рис 30, № 13).
С самого начала дискуссии по этому поводу были краткими ввиду крайней скудости доступной информации о произведениях, темой которых были бы битвы Александра; Плиний в этой связи цитирует труд Филоксена Эретрийского, чьим покровителем был Кассандр (один из преемников Александра). Согласно автору конца I века н.э., некая Елена из Египта написала картину, на которой был изображен Александр во время сражения при Иссе. В этом тексте говорится также о некоем Аристиде из Фив, авторе картины, на которой Александр (?) сражается против персов [119]. Сегодня на труд Филоксена опираются чаще всего, но высказанная Кваранти в 1832 году гипотеза, приписывающая авторство картины Апеллесу, снова появилась в недавно изданной книге (Moreno 2001), хотя другие авторы, напротив, считают неправдоподобным отсутствие упоминаний в древних текстах о выполнении подобной работы художником, столь близким к Александру.
Очень важный в глазах историков искусства вопрос об авторстве пропавшего шедевра не должен заслонять собой исследование способов создания и путей распространения изображений Дария. Основываясь на этой точке зрения, были выдвинуты различные интерпретации фактов, и они продолжают активно обсуждаться. Кратко говоря - является ли образ, доносимый до нас в мозаичной картине, позитивным или негативным? Хотел ли художник показать великого, смелого и достойного царя в постигшем его несчастье, или он изображал подлого властителя, бросающего свои войска, выстроившиеся для битвы? Эти споры начались с момента обнаружения мозаики. В 1787 году, во время поездки в Италию, Гёте посетил Помпеи, и в том числе дом, где обнаружили мозаику - именно по этой причине впоследствии это строение называли "домом Гёте". Примерно пять месяцев спустя после открытия археолог В. Цанн сделал первый рисунок и послал его Гёте, который получил его 6 марта 1832 года, за шестнадцать дней до смерти. Потрясенный "таким чудом искусства", Гёте немедленно ответил археологу, который просил его совета. Он был рад увидеть в Александре "триумфатора" над Дарием, менее потрясенного угрожавшей ему опасностью, чем жертвенностью одного из своих воинов, насмерть пораженного противником.