История с Терезой Роже испортила отношения Дебюсси с некоторыми его друзьями. Однако тесные товарищеские связи с Луисом и начало большой композиторской карьеры после сочинения прелюдии «Послеполуденный отдых фавна» помогли композитору завести новых друзей. Дебюсси познакомился с писателем и поэтом Полем Жаном Туле, который на всю жизнь останется одним из самых близких его друзей, а также подружился с Леоном Доде. Дебюсси отказывался посещать бордели, куда его звал Луис, но в то же время любил провести вечер с приятелями в ресторане. Однако чаще всего друзьям не удавалось его найти, чтобы он составил им компанию.
«Порой, и, на наш взгляд, весьма нечасто, к нам присоединялся Клод Дебюсси, музыкальный гений. У него лоб, как у индокитайской собаки, горящий взгляд и голос такой, словно у него постоянно заложен нос. Кроме того, он не любит общаться с окружающими. Его еда — скажи мне, что ты ешь, и я скажу тебе, кто ты, — обычно состоит из одного яйца всмятку с небольшим куском печени или почками, приготовленными в соусе. Я привожу эту гастрономическую подробность для восторженных поклонников “Пеллеаса и Мелизанды”, шедевра современной французской музыкальной драмы, по моему мнению. Как и Туле, Дебюсси — человек утонченного вкуса. Как и Туле, он умеет использовать весь свой творческий потенциал. Вы, вероятно, подумаете, что, находясь рядом с этими двумя яркими личностями со схожими темпераментами, можно лицезреть, как от них брызжут искры. Ничего подобного! Дебюсси дожевал кусочек жареного картофеля, закурил восточную папироску, выдохнул через ноздри дым, сделал несколько едких замечаний, а затем, словно вспомнив, что у него имидж звезды, набычил лоб и был таков», — вспоминал Леон Доде.
В тот период дружеские отношения между Дебюсси и Пьером Луисом достигли своего апогея. Писатель, восторженный поклонник «Пеллеаса и Мелизанды», горел желанием сотрудничать с композитором. И все же ни один из предложенных Луисом проектов не был претворен в жизнь. Дебюсси в принципе не имел ничего против его творческих замыслов, но рассматривал их как заказ. Композитор, как нам известно, с легкостью бросал уже начатые сочинения, но испытывал большие трудности, когда возникала необходимость завершить произведение, которое выбрал не он, а кто-то другой. Так, в 1895 году друзья рассматривали возможность сочинить оперу на сюжет новогодней сказки «Сандрильона». Луис предложил Дебюсси свой план произведения. В сказке фигурируют такие персонажи, как королева Олна, святая Агнесса, а также святая Катерина, одетая в костюм Жанны д’Арк, что было бы пародией на религиозную легенду. Луис предложил «развязку далеко не по Станисласу»[82]. Не прошло и месяца, как Луис после внесения многочисленных поправок в либретто оперы решил отказаться от своей затеи: «Я не могу больше развивать этот сюжет. Религиозная направленность произведения, торжество лилии над розой и целомудрия над любовью — это для меня настоящая китайская грамота».
В 1896 и 1897 годах Луис время от времени возвращался к «Сандрильоне». В следующем году Дебюсси неоднократно обращался к своему другу с просьбой закончить работу над либретто. «Хорошо бы тебе вновь взяться за “Сандрильону”. Мне нужен такой сюжет, который пришелся бы мне по вкусу и смог зацепить душу. В противном случае я превращусь в идиота, и мне не останется ничего другого, как наложить на себя руки, что тоже будет верхом безумия», — писал он Пьеру Луису 27 марта 1898 года. Однако проект оперы так никогда и не сдвинулся с места.
Друзья также задумали осуществить балет «Дафнис и Хлоя». Вдохновленный этой идеей, Луис 27 ноября 1895 года дал Дебюсси 12 дней на сочинение музыки минут на тридцать! Несколько недель спустя Луис предложил этот проект Массне, но не получил ответа. Тогда он подготовил для Дебюсси ряд тем, формулировка и концепция которых носили явно провокационный характер. Композитору было бы трудно переложить их на музыку, настолько они были далеки от его взглядов.
«Я пишу сценарий. Ты получишь его в субботу.
82
Ссылка на знаменитое религиозное учреждение — коллеж Станисласа в Париже в письме Пьера Луиса Дебюсси от 19 апреля 1895 года. —