Писать и рассказывать о себе любил и Николай. Более того. Он вел аккуратную статистику своих дел и описывал каждое событие, каждый день. Давайте же продолжим чтение его воспоминаний. Узнав о смерти Александра I, он написал:
«Дверь в переднюю была стеклянная, и мы условились, что, если приедет курьер из Таганрога, камердинер сквозь дверь даст мне знать. Только что после обедни начался молебен, как камердинер Гримм подал мне знак. Я незаметно вышел и в бывшей библиотеке прусского короля увидел графа Милорадовича. По его лицу я уже догадался, что роковая весть пришла. Он мне сказал: „Все свершилось, теперь проявите мужество, подайте пример“. Я опустился на стул, силы меня покинули».
Но этот, очевидно, глубоко скорбевший великий князь весьма быстро пришел в себя. Он решает немедленно предпринять верноподданический жест: пошел во дворцовую церковь, попросил принести ему Евангелие и произнес клятву в верности новому императору Константину. Николай немедля подписал и присяжный лист в верности своему старшему брату[13].
Члены Государственного совета собираются на чрезвычайное заседание. Князь А. Н. Голицын сообщает, что Николай уже принес присягу верности новому императору Константину.
Долго все ахали в восторге: Николай не претендует на престол. Говорили, однако, что существует секретный документ, который хранится в личных бумагах покойного Александра I. В нем якобы Константин лично и официально сообщал Александру, что не желает царствовать. Некоторые стали настаивать на предъявлении этого документа. И все же министр юстиции Д. И. Лобанов-Ростовский заявил, что не имеет намерения вскрывать этот документ. И добавил по-французски: «Мертвые не имеют воли…» Тем самым он как бы намекал, что, если даже Александр I и решил передать престол своему младшему брату Николаю, уже нет возможности выслушать его волю.
В Варшаву отправлена специальная карета с флигель-адъютантами. Они везут официальные письма, в которых сообщается Константину, что он — император России.
В Москве и в Петербурге никому и в голову не могло прийти, что законный наследник престола Константин прочтет письма, примет посланных флигель-адъютантов и… откажется от престола.
А тем временем в Москве ходило много всяких слухов, с самыми различными подробностями и домыслами… 28 ноября все уже знали о смерти Александра I.
30 ноября в Москве была принесена присяга на верность новому императору Константину.
Взоры всех были обращены к Варшаве.
А там личный посланник императорского дворца Николай Новосильцев почтительно ожидал слова Константина.
— Какие будут ваши распоряжения, Ваше Величество? — спросил он.
Константин ответил:
— Не называйте меня титулом, который мне не принадлежит.
И подробно разъяснил, что отказался от престола еще в 1822 году и не желает управлять страной. Императором будет Николай.
Новосильцев, едва скрывая удивление, снова обратился к Константину — «Ваше Величество».
— В последний раз вас прошу, перестаньте и запомните, — сердито проговорил Константин, — теперь одним-единственным законным государем императором является Николай.
Личный адъютант Константина Павел Колзаков выступил вперед и сказал:
— Ваше императорское Величество, Россия еще не сгинула и приветствует…
— Замолчите! — резко оборвал его Константин. — Как вы смеете говорить такие слова! Кто вам дал право решать дела, которые никак вас не касаются? Понимаете ли, о чем идет речь? Знаете ли, что за эти слова вас сошлют в Сибирь и закуют в цепи? Немедленно сдайте шпагу и отправляйтесь под арест!
Блестящая свита онемела. Официальные письма лежали разбросанными на столе. Рассерженный Константин вышел.
Несколько позже он письменно подтвердит свой официальный отказ от престола в пользу младшего брата Николая.
Всю ночь великий князь Константин работал над своим ответом в Петербург, написав ряд писем и документов: длинное объяснительное письмо матери, князю Петру Волконскому, своему брату великому князю Николаю, барону Дибичу. Все эти секретные послания он вручает в руки младшему брату Михаилу и велит ему немедленно отправиться в Петербург.
Когда карета тронулась, Константин облегченно вздохнул. Слава богу, кажется, все уладится.
Но каково было удивление Константина, когда несколько дней спустя пришло известие из Петербурга, что там все до единого присягнули в верности именно ему — и отдельные воинские части, и Сенат, и Государственный совет.
Константин, таким образом, стал императором России.
Снова он всю ночь провел за написанием секретных писем и составлением документов, а утром приказал личному адъютанту Николая Лазареву быстро отправиться в Петербург и доставить его ответ Государственному совету и Николаю.
Вот этот ответ Константина:
«Ваш адъютант, любезный Николай, мне вручил по прибытии сюда Ваше письмо, — пишет он своему брату. — Я его прочел с острой болью и печалью. Мое решение непоколебимо. Вашего предложения прибыть как можно скорее не могу принять, и я сообщаю Вам, что устраняюсь еще дальше…»
Князю Лопухину он направил другое официальное письмо, в котором резко осуждал Государственный совет, что тот присягнул ему в верности. Он назвал присягу незаконной, так как она дана без его знания и согласия….
В Петербурге все эти послания читают с нескрываемым ужасом. Все они написаны в таком тоне, в таких резких выражениях, что не могут быть опубликованы или распространены.
Началась истинная трагикомедия. Россия остается без императора: провозглашенный императором Константин угрожает Сибирью каждому, кто его называет императором.
Постепенно в Зимнем дворце поняли, что Константин не прибудет в столицу. Перестали поступать от него и письма. Законный русский император Константин скрывается и молчит.
13
В необходимости немедленно принести присягу Константину уговорил Николая I генерал-губернатор Петербурга М. А. Милорадович. — Прим. ред.