Выбрать главу

– Понял, Перри. Как скоро тебе нужна эта информация?

– Как только ты ее раздобудешь, – ответил адвокат и повесил трубку.

Глава 4

Ольга Джордан вернулась в контору Мейсона в сопровождении своего отца и принесла фотографии и телеграмму. Она пришла на двадцать минут позднее, чем обещала, несколько раз извинилась, а потом представила отца Мейсону и Делле Стрит.

– Ради бога, простите, мистер Мейсон, обычно я никогда не опаздываю, но папа решил, что лучше найти негативы и принести их вместе с фотографиями.

– Они, конечно, помогут, – согласился Мейсон, оглядывая мистера Корбина.

Хоумер Корбин напоминал типичного полковника из южных штатов: высокий, подтянутый, с густыми бровями, седой бородкой клинышком и стальными серыми глазами, зрачки в которых казались маленькими точками.

– Моя дочь – прекрасная собеседница, исключительно компетентная секретарша, но плохой фотограф, – с достоинством заявил он. – Правда, эти снимки дают представление об изображенном на них человеке. Я рад, что вы решили заняться этим аспектом дела, мистер Мейсон. Я считаю, что Дуглас Хепнер – ключ к разгадке того, что произошло на самом деле.

– Присаживайтесь, – предложил Мейсон. Он внимательно посмотрел на Корбина и спросил: – Вы думаете, что случилось что-то серьезное?

– Для того, чтобы человек потерял память, нужен сильный эмоциональный шок, мистер Мейсон.

– Определенно, имел место физический шок, – согласился адвокат. – Насколько я понимаю, они попали в аварию?

– Да, да, я в курсе. Конечно, именно авария могла послужить причиной потери памяти. Хочу обратить ваше внимание на то, что моя старшая дочь, Ольга, очень наблюдательна, обычно замечает мельчайшие детали и хорошо знает Элеонору. Фактически ей приходилось выступать и в роли старшей сестры, и матери одновременно.

– Она мне говорила, – кивнул Мейсон.

– Ольга считает, что Элеонора пережила какой-то эмоциональный шок. Если она права и нам удастся выяснить, что случилось, то мы столкнемся еще с одной проблемой, а именно: как уберечь Элеонору от страданий в будущем. Девочка мне очень дорога, мистер Мейсон. Я, конечно, надеюсь, что они все-таки не поженились с этим негодяем Хепнером. Но если это произошло, то, как я предполагаю, потерю памяти можно использовать. Я не адвокат, но думаю, что это даст нам преимущество с юридической точки зрения, и мы аннулируем брак. Очевидно, она не помнит ничего из того, что произошло после аварии, следовательно, бракосочетание состоялось, пока она еще полностью не пришла в себя.

– Она знала, кто она и откуда, после аварии, – возразил Мейсон, – потому что послала вам эту телеграмму с сообщением о том, что они поженились.

– Вы правы, – с неохотой признал Корбин.

– И открытки, – напомнил Мейсон.

– Да, целых две – из Юмы и Лас-Вегаса.

– Они были написаны ее почерком?

Хоумер Корбин погладил бороду, молчал какое-то время, а потом ответил:

– Я просто не обратил внимания на почерк, принимая как должное, что их писала Элеонора. Я не в состоянии заявить под присягой: «Да, открытки писала Элеонора». Телеграмму, конечно, мог послать кто угодно. Откровенно говоря, я не сомневаюсь, что подобное как раз в стиле этого прохвоста Хепнера. Он воспользовался тем, что Элеонора оказалась не в себе после аварии, уговорил ее пожениться, а потом, для того, чтобы мы не узнали, в каком состоянии находится девушка, послал телеграмму от ее имени и подделал почерк на этих открытках. В общем-то, они были довольно короткими и… не совсем походили на то, что написала бы Элеонора: какие-то сдержанные, без всплеска эмоций, а моя младшая дочь очень эмоциональна и, честно говоря, не умеет сдерживать себя.

Ольга собиралась что-то сказать, но промолчала.

– А с какой целью Хепнеру было жениться на вашей дочери? – решил выяснить Мейсон.

– Я думаю, что он – мошенник, аферист и охотник за богатыми невестами.

– Если я вас правильно понял, то у Элеоноры неплохие финансовые перспективы?

Корбин холодно посмотрел на адвоката, перевел взгляд на Ольгу, затем снова на Мейсона.

– После моей смерти Элеонора унаследует очень крупную сумму денег. Обе мои дочери будут прекрасно обеспечены.

– Ладно, давайте взглянем на фотографии, – предложил Мейсон.

– У меня есть несколько хороших снимков, которые я только что вырвала из своего альбома, – сообщила Ольга. – Я обвела в кружок Дугласа Хепнера. Он стоит рядом с Элеонорой и еще одной девушкой. Вот он в группе. На этой фотографии он разговаривает с Элеонорой на палубе. А вот этот снимок, пожалуй, самый лучший. Его снимала Элеонора моим фотоаппаратом. Хепнер стоит в одиночестве. Это единственный раз, когда я видела его без сопровождения какой-нибудь женщины. Вот здесь негативы… Вы сразу же приступите к работе, мистер Мейсон?

– Приступлю к работе? – воскликнул адвокат. – Я уже работаю полтора часа. Детективное агентство Дрейка отправило своих людей на задания. Они пытаются выяснить, в какую аварию попала Элеонора, куда конкретно в Солт-Лейк-Сити звонил Дуглас Хепнер…

– Но вы же не знаете, откуда он звонил, – перебила Ольга Джордан.

– Я предполагаю, что они выехали с полным баком, – объяснил Мейсон. – Скорее всего, останавливались для заправки или в Баннинге, или в Индио, не исключено, что в Броли. Мы проверяем все эти места. Также выясним все про аварии вечером второго числа. Кстати, а вы случайно не знаете марку его машины?

– «Олдсмобил» с кондиционером. Довольно большой. Хепнер им очень гордится.

На столе Мейсона зазвонил телефон, не зарегистрированный ни в каких справочниках. Этот номер был известен только Делле Стрит и Полу Дрейку. Мейсон повернулся к посетителям перед тем, как взять трубку, и сообщил:

– Это звонит глава Детективного агентства Дрейка с отчетом.

На другом конце провода послышался голос сыщика:

– Привет, Перри. Нам здорово повезло в плане проверки телефонного звонка.

– Я слушаю. Клиенты как раз сейчас находятся у меня в кабинете. Твоя информация очень кстати.

– Ты оказался прав. Звонили из Индио в двадцать один тридцать пять второго августа. Телефонный звонок от Дугласа Хепнера к миссис Сейди Хепнер в Солт-Лейк-Сити. Номер: Вабаш девятьсот восемьдесят три двести двадцать шесть.

– А на другом конце ты проверял? – уточнил Мейсон.

– Пока еще не было времени, Перри. Решил сразу же связаться с тобой, как только это выяснил.

– Продолжай работать, – сказал Мейсон и повесил трубку. Он повернулся к Хоумеру Корбину и сообщил: – Мы выяснили телефонный номер матери Хепнера в Солт-Лейк-Сити. Если вы хотите быстрых результатов, я могу прямо сейчас позвонить ей и сказать, что мне необходимо срочно связаться с ее сыном. Если время терпит, я пошлю оперативников в Солт-Лейк-Сити, они соберут о ней какую-то информацию, и мы подойдем к ней окольными путями.

Ольга Джордан и Хоумер Корбин многозначительно переглянулись.

– Наверное, будет лучше, если вы позвоните прямо сейчас, мистер Мейсон, – наконец решила Ольга.

– Делла, набери, пожалуйста, номер Вабаш девятьсот восемьдесят три двести двадцать шесть в Солт-Лейк-Сити и попроси к телефону миссис Сейди Хепнер, – обратился Мейсон к секретарше. – И стенографируй все, что будет говориться.

Делла Стрит сняла трубку и велела Герти дать ей городскую линию.

Секретарша попросила оператора междугородной связи побыстрее соединить ее с нужным абонентом, потому что у нее чрезвычайно важный звонок. Все находившиеся в кабинете ждали в напряженной тишине.

Внезапно Делла Стрит кивнула Мейсону.

Адвокат снял трубку аппарата, стоявшего у него на столе.

– Говорите, – предложила телефонистка.

– Алло! – сказал Мейсон.

На другом конце провода послышался приятный, мягкий женский голос:

– Да, я слушаю.