— Я у вас, у вас спрашиваю — как вы посмели?! А вы мне вопросов задавать не должны, господин Ёримицу!
— На господина тюнагона пало тяжелое подозрение в причастности к этим убийствам, — сказал Райко. — Сей воин должен защищать закон, кто бы ни преступил его.
— Что за чушь! Его домочадцы пострадали…
— Именно. Пострадали домочадцы господина тюнагона — и никто, кроме самого господина тюнагона и его слуг, не мог снабдить преступников сведениями о том, куда едут девушки. Далее: отравленная пища, присланная в управу, была сложена в короб с печатью господина тюнагона и прислана служанкой его дома. Далее: господин тюнагон прибыл на допрос преступника и выманил нас с господином Сэймэем из управы, под предлогом трапезы. Кроме него, никто не мог знать, что нас в управе не будет. Вернее, о том могли знать вы с господином Правым Министром — если бы вы и ваши сопровождающие не покинули управу раньше.
— Ах, вот как, — господин Левый министр выпятил подбородок. — А я уж было испугался, не числите ли вы и меня в подозреваемых! Немедля прекратите эту глупость! Уберите колчан, уберите стражу — таков мой приказ, и возражений я не потерплю!
— Слушаюсь, — поклонился Райко. Он думал было поупираться, но раз возражений не потерпят… — Сию же минуту я уберу стражу от дома господина тюнагона и принесу ему свои извинения.
— И чтобы вы больше не смели делать таких вещей без моего прямого приказа, — господин Левый министр даже веером по колену себя хлопнул раздраженно.
— Слушаюсь, — снова сказал Райко и двинулся было задом вперед к выходу, как господин Левый министр окликнул его:
— Погодите!
Райко застыл.
— Не держите на меня зла, право, — сказал господин министр удивительно смягчившимся голосом. — Вы достойный и старательный молодой человек, но на сей раз хватили через край. Делайте свое дело и слушайтесь старших, господин Ёримицу. Кстати, ваш почтенный батюшка не присылал ли вам на днях письма?
— Нет, — вот теперь Райко по-настоящему удивился. — Сей воин отослал отцу поздравления с Новым годом, и не ждал курьера обратно так скоро…
— А, ну тогда и беспокоиться не о чем, — улыбнулся Левый министр и раскрыл веер. — Ступайте, делайте свое дело.
Вот так так… Мало того, что Левый Министр из кожи выпрыгивает, чтобы оставить господина тюнагона под подозрением, так он еще и о батюшке справляется…
И что-то все-таки было здесь не то. Легко и просто укладывался господин Минамото в картинку, нарисованную Сэймэем. Так, словно его для этой картинки нарочно подобрали, вырезали аккуратно и пристроили. Не походил он на человека, который долго готовил мятеж — и тут из-за посторонних убийств под ним разверзлась земля. А походил он на человека…
«…которому кто-то предложил выйти через стену?» — спросил в голове голос Сэймэя.
…И не слишком-то его это предложение обрадовало…
Ну что ж, я Минамото-но-Райко, старательная деревенщина-пестрое одеяло, оскорбленный в лучших чувствах и ущемленный в исполнении долга, сейчас сниму колчан с дома господина тюнагона и поеду заливать горе, даже не завернув в управу.
А что за домом и без того следят в нужное количество глаз, этого никому знать не надо.
Подъехав к дому, он уже знал, что Тидори с подружками там. «Девы веселья» приходят без доклада, таков обычай. Через забор усадьбы слышался смех, а бива господина Хиромасы теперь вторили флейта и барабанчик.
Райко передал коня слугам и отправился все туда же, в Померанцевый павильон.
— А, вот и наш гостеприимный хозяин! — воскликнул господин Хиромаса, прекратив играть.
Тидори тут же отняла флейту от губ и, улыбаясь, поклонилась своему покровителю, прочие девицы последовали ее примеру.
— Вы решили остаться и посмотреть, как развлекаются простые воины? — спросил Райко.
— Отчего нет? Дворцовые развлечения порой, вы не поверите, приедаются. Тем более эти пташки обещали показать сегодня что-то особенное.
Райко глазами сосчитал девиц. Семеро, молодец Тидори — привела всю «птичью стаю».[51] Значит, можно будет предложить господину Хиромаса девицу, а то и двух. Он не знал, известен ли девицам господин Хиромаса и желает ли он раскрыть свое имя, поэтому решил пока на словах избегать и имени, и чина.
— А где ваш друг? — спросил он.
— Ушел, когда появились девицы. Не любит шума.
Райко вдруг сообразил, что Сэймэй из-за своего то ли дара, то ли проклятия, наверное, не может сойтись с женщиной. А и хорошо — только Райко и дела, что пить и веселиться с человеком, который всех вокруг изнутри понимает…