— Опять? — А помолчав, добавил: — Скажите, пожалуйста, сколько у нас этих политиков?
Доктор Штястный был в этот день необыкновенно рассеян. С утра его мучила мигрень, и он все воспринимал с трудом, не вдумывался в суть дела, понимал все слишком буквально. И на последний вопрос он ответил как будто правильно, но не то хотел узнать президент.
— В республике шестнадцать миллионов граждан — мужчин, женщин и детей, следовательно, таких, что имеют отношение к политике, наберется миллионов двенадцать. У нас нет точных статистических данных. Статистическое управление в этом отношении еще…
— Не то! — перебил его президент. — Я спрашиваю, сколько у нас активных политиков?
— В палате депутатов триста человек, в сенате…
— О господи! — взмолился президент. — Сколько у нас чиновников-политиков?
— У нас?
— Боже мой! У нас, у нас!
— А-а! Сколько депутатов среди наших служащих? Это имеет в виду пан президент?
— Это, это!
«Точный вопрос — точный ответ», — подумал главный советник Штястный. Губы его зашевелились. Он считал в уме. Потом вынул блокнот и полистал его.
— Давайте я вам помогу, — мягким тоном произнес президент. — Будем считать по партиям. Итак: Чехословацкая республиканская партия земледельцев и мелких крестьян… Нет, так долго. Лучше по их партийным лозунгам. Минуточку. Кто «За бога и за народ»?
— Все. Кто же против бога и против народа? — поспешил ответить глава президиума.
— О господи! Не то! Я спрашиваю — по «лозунгам» партии. Поймите меня, наконец: кто из наших чиновников выступает под знаменем, на котором написано: «За бога и за народ»?
Штястный огляделся, словно хотел увидеть, кто же ходит по комнате со знаменем. Никого не обнаружив, он немного смешался. Проклятая рассеянность!
— «За бога и за народ»? — переспросил он, заглядывая в блокнот. И вдруг его осенило: — Пан президент имеет в виду словацкую людовую партию?
— Да…
— Трое.
— Кто только «За народ!» — без «бога»?
— Словацкая национальная, — улыбнулся Штястный счастливой улыбкой, уразумев, наконец, чего хочет пан президент. — Никого.
— Кто «За народ и демократию»?
— Национально-демократическая! Никого.
— «За народ и трудящихся»?
— Национально-социальная. Двое. Швейцар Изакович и служащий Черный из отдела городской полиции. Светлая голова.
— «За трудящихся» — без «народа»? Тьма, наверное?
— Тьма? Не знаю такого.
— А-а-ах! — морщась, замахал рукой президент. — Что с вами? Тьма — то есть уйма. Думаю, что этих будет много. Вы не знаете такого выражения?! «Народу собралось тьма тьмущая», — привел он пример из словаря для наглядности.
— Мы сегодня никого не собираем, — перепугался Штястный и подбежал к окну — посмотреть.
— Ах, да всё не то! — остановил его президент, поймав за локоть. — Я спрашиваю, много ли у нас социал-демократов?
— Двое, — вернулся шеф президиума, торопливо отыскивая что-то в блокноте.
— Эх, насолить бы этим!
Государственный советник поднял недоуменный взгляд на президента.
— Это тоже политический лозунг?
— Нет, я так… «Пролетарии всех стран соединяйтесь!»?
— Никого.
— А вот с этих я бы спустил шкуру, — угрожающе воскликнул президент.
Шеф президиума улыбнулся, понимая, что это только слова, всплеск бессилия.
— «Itt élned halnod kell»?[27]
— За венгров?
— Я думаю — никого?
— Венгры бывают разные. За венгров без «христианства» — никого. За венгров с «христианством» — никого.
— А за немцев?
— За немцев — «рабочих» без «народа» — никого. За «немецкий народ» без «рабочих» — никого, — затараторил и разом умолк доктор Штястный.
— «Да здравствует Гайда!»?{114}
— Фашисты? Никого.
— «Ubi bene, ibi patria!»?[28]
— Евреи? Никого.
— «Вперед, в Палестину!»?
— Сионисты? Никого…
— «Платите, но только нам!»?
— Партия кредиторов? Никого.
— «Никому не платим!»?
— Партия должников? Странно; таких у нас больше всего, а в партии — никого нет!
Наступила пауза. Президент вспоминал.
— Какие есть еще лозунги?
— Как будто все, — установил шеф президиума с помощью блокнота.
— Сколько же всего?
— Двадцать три.
— Ошибка. Вы перечислили мне всего десять. Видите мои пальцы?
И протянул под нос Штястному обе руки с растопыренными пальцами. При подсчете он держал их за спиной и загибал пальцы.