Ослепительный свет ударил по глазам, в голове что-то лопнуло, и Никита потерял сознание. Он уже не слышал, как мышь со стуком упала со стола.
— Что здесь нарисовано? — спросил психиатр и легонько кашлянул.
— Жираф, — ответил Никита. — Жираф. Еда. Дерево.
— А здесь?
— Мальчик. Девочка. Мяч. Игра.
Мама Никиты всхлипнула. Психиатр понимающе покивал, отложил картинки и принялся писать.
— Это синтаксическая афазия, — сказал он. — Ваш сын не слабоумен, он всё понимает, но разучился складывать слова в предложения. Я выпишу направление на МРТ. Скорее всего, был микроинсульт, но нужно проверить и исключить опухоль. Это лечится. — Он снова кашлянул и вручил женщине документ.
— Спасибо, доктор! — Мама схватила Никиту за руку и потащила, спеша убраться из страшного кабинета.
Оставшись один, психиатр спустил маску и посмотрел на часы. Целых двадцать минут до следующего приёма. Успеет дописать главу, а может и отредактировать. Включил кофемашину, открыл на служебном компьютере файл «Доктор Хаус — охотник на вампиров» и забарабанил по клавишам. «Что за дерьмовый кофе — ни аромата, ни вкуса», — подумал, сделав глоток.
Никита подхватил коронавирус, заболел в тяжёлой форме и умер через неделю.
Мама горевала. Но ей стало бы легче, узнай она, что на том свете у её сына всё хорошо.
Ангелы сразу подхватили душу Никиты и под громовое пение осанны вознесли к престолу Всевышнего. Там Никита был увенчан нимбом и причислен к сонму святых — ведь благодаря ему покаялся падший ангел, а такого чуда не случалось с самого мятежа Люцифера.
На Земле об этом не узнали, поэтому Никита не был канонизирован церковью официально. Только среди суеверных старушек-богомолок ходит невесть откуда взявшийся слух, что ничто так не помогает от графоманской напасти, как молитва святому Никите Письменнику.
ИСТОРИЯ «НЕКРОНОМИКОНА» В РОССИИ
Эта краткая обзорная статья служит дополнением к известному эссе Говарда Лавкрафта «История Некрономикона».
Когда и при каких обстоятельствах в Московскую Русь попал греческий перевод «Некрономикона», выполненный Феодором Филетой, достоверно неизвестно. Возможно, он был привезён Софией Палеолог в составе библиотеки византийских императоров. Среди других греческих книг в известном отрывке Дабелова о библиотеке Ивана Грозного упоминается «Филетов Некрономос» (sic)[1]. Хотя достоверность отрывка сомнительна, независимый источник подтверждает, что книга была известна на Руси в XVI веке, а может быть, даже переведена. В списке «отреченных книг» Стоглавого собора упоминается и «агарянина Алгазрата волховник рекомый Мертвозаконие»[2]. К сожалению, ни одного экземпляра до нас не дошло, и дальнейшая судьба этих манускриптов неизвестна.
Правда, в каталоге собрания рукописей известного коллекционера, оккультиста и фальсификатора XIX века А. И. Сулакадзева встречается «Мертвозаконие, книга чародейная XII века, писана глаголицею на баргаменте разном, малыми листами, сшитыми струною»[3], но если она и существовала (что маловероятно с учётом репутации Сулакадзева), то не сохранилась.
Достоверная история «Некрономикона» в России начинается в 1852 году, когда казанский востоковед и миссионер Н. И. Ильминский, командированный Святейшим Синодом на Ближний Восток «для собрания подробнейших и основательнейших сведений о магометанском учении и для усовершенствования себя в языках Арабском, Турецком и Персидском», обнаружил в Дамаске арабскую рукопись «Аль-Азиф». Это было важным открытием, так как прежде арабский оригинал считался утерянным.
Ильминский, по-видимому, обнаружил книгу случайно и не имел представления о её содержании. В письме обер-прокурору Синода графу Н. А. Протасову он просит дополнительного ассигнования на приобретение «Алазиф, поэмы мистической Абдаллаха Альгазреда» со следующим обоснованием: «Сия таинственная книга ясно свидетельствует лживость учения магометанского, скрывающего под личиною единобожия грубое языческое суеверие и прямое бесопоклонство»[4].
Рукопись была приобретена и доставлена в библиотеку Казанского университета, где и хранится в Отделе редких книг и рукописей до настоящего времени. Судя по палеографическим данным, она была написана в Египте мамлюкской эпохи, то есть является довольно поздней копией. Сохранность текста плохая, отсутствует более половины материала, известного по латинскому переводу Вормия. Тем не менее, научную ценность находки Ильминского невозможно переоценить[5].
1
Опубликован многократно; см., напр.: Козлов В. П. Записка анонима, или История о том, как профессор Х. Х. Дабелов побывал в библиотеке Ивана Грозного // Родина. 1992. № 5. С. 17.
2
Тихонравов Н. С. Памятники отреченной русской литературы. Т. 1. М.: Рипол Классик, 2013. С. 38 слл.
3
Сперанский М. Н. Русские подделки рукописей в начале XIX в. (Бардин и Сулакадзев) // Проблемы источниковедения. М., 1956. Вып. V. С. 63.
4
Цит. по: Хабибуллин М. З., Кострюков М. А. Казанское востоковедение XIX — первой половины XX вв. Казань, ЯЗ, 2012. С. 45.
5
См.: К столетию Казанской рукописи «Китаб аль-азиф». Сборник статей. Казань: Изд-во КГУ, 1953.