Тогда инспектор приступил к тщательному осмотру места происшествия — кабинета и сада. Он прибыл в усадьбу Юки через полчаса после вызова, и бежать по следу грабителя уже не имело смысла.
Впоследствии я узнал, что инспектор — ярый приверженец научно-аналитического метода расследования, основывающегося на материальных уликах, а потому превыше всего ценит точность и скрупулезность. Рассказывали анекдотическую историю о том, как Хатано, еще будучи рядовым сыщиком, охранял до прибытия начальства кровавый след на земле: он прикрыл пятно крови перевернутой чашкой и всю ночь стучал по ней колотушкой — чтобы кровь не сожрали черви. Дотошность и настойчивость помогли Хатано сделать карьеру, и можно было не сомневаться: если он взялся за дело, то от его внимания не ускользнет и пылинка.
Но на сей раз и эти качества не помогли: осмотр кабинета не дал ничего — ни единой пылинки, мало-мальски достойной внимания. Оставалось лишь уповать на следы под окном и отпечатки пальцев, оставленные грабителем на стекле.
Как я и думал, преступник, вырезав круг стеклорезом, вынул стекло присоской. Инспектор посветил под окном карманным фонариком. К счастью, недавно прошел дождь, и на мокрой земле остались отчетливые отпечатки башмаков, какие носят рабочие. Можно было даже различить рисунок подошвы. Двойная цепочка следов уводила к забору: оттуда пришел и туда же вернулся грабитель.
— Он ставит ноги, как кривоногая женщина, — пробурчал инспектор. В самом деле, носки следов были повернуты внутрь. Я про себя отметил, что и мужчины с кривыми ногами косолапят не меньше, но вслух ничего не стал говорить.
Инспектор обулся и, отбросив приличия, выпрыгнул в сад прямо через окно. Светя карманным фонариком, он устремился по следу, оставленному башмаками.
Не в силах подавить природное любопытство, я, понимая, что буду мешать, тем не менее тоже спрыгнул с низкой веранды и осторожно двинулся за инспектором. Мне ужасно хотелось взглянуть на следы. Но, видно, не мне одному. Мой «соперник» оказался проворнее: некий Акаи, один из гостей генерала, уже был в саду.
Этот Акаи всегда вызывал мое любопытство. Я не знал, кто он, чем занимается и что связывает его с Юки. Даже сам Хироити толком не мог ничего о нем сказать. На вид Акаи было лет двадцать семь. Худощавый, с вечно растрепанными волосами, он отличался крайней неразговорчивостью, а на губах у него неизменно играла легкая усмешка.
Он частенько заезжал в усадьбу Юки сразиться с генералом в го. Нередко Акаи засиживался допоздна и оставался на ночь. Генерал приметил его в каком-то клубе и утверждал, что Акаи — непревзойденный игрок в шашки. Так что ничего странного в том, что и его пригласили на вечер, разумеется, не было, однако, когда прогремел выстрел, Акаи в гостиной не оказалось — должно быть, спустился вниз.
Единственное, что мне стало случайно о нем известно, — увлечение криминалистикой. Как-то, еще в самом начале моего пребывания в усадьбе Юки, я невольно подслушал их разговор с Хироити; они беседовали в кабинете. Хироити тоже увлекался этой наукой, и у него была целая полка специальной литературы. Акаи перелистывал книги, затем что-то сказал, а потом оба принялись перебирать имена прославленных детективов — реальных людей и литературных героев, начиная с Видока и Дюпена[32] Хироити, сняв с полки книгу о сыщике Когоро Акэти, заметил, что этот Акэти — изрядный резонер. Акаи полностью разделял его мнение. Надо заметить, что они прекрасно разбирались в вопросе и достигли полного единодушия…
Но вернемся к рассказу.
Увидев нас, инспектор Хатано недовольно нахмурился.
— Следы не затопчите, — проворчал он и молча двинулся дальше.
Обнаружив, где именно вор перепрыгнул через низенькую ограду, инспектор, прежде чем идти дальше по следу, вернулся в дом и вскоре примчался обратно с огромной ступкой, которой поспешно прикрыл самый четкий отпечаток, чтобы потом снять с него слепок. Похоже, это был его излюбленный метод…
Мы вышли из сада через калитку. За оградой дождь смыл все старые многочисленные отпечатки ног, и только следы грабителя тянулись четкой цепочкой.
Пробежав метров пятьдесят, инспектор вдруг встал как вкопанный.
32
Видок Франсуа Эжен (1775–1857) — основатель французской уголовной полиции. Дюпен Ш. Огюст — литературный герой Эдгара А. По.