– У некоторых – это у Нерона?
– У него или у некоторых из его ближнего круга. Лично мне это поперек души. А потому у меня есть к тебе предложение. Которое, на мой взгляд, способно сгладить трения между тобой и Бурром. А иначе они непременно возникнут.
– И что это за предложение?
– Ты слышал о легате Корбулоне?[62]
Имя Катону было известно, а с ним и некоторые све-дения.
– Да, я о нем наслышан. Уважаемый офицер. Действует по уставу и строго спрашивает с подчиненных, но и с себя не в меньшей степени. Живет в таких же палатках, питается из того же рациона, а потому солдаты считают его за своего. Последнее, что я слышал, – это что Корбулона послали на восток готовить армию.
– Верно. На восточных рубежах неспокойно. Вновь поднимают голову парфяне, не говоря уже о случаях волнений в приграничье… Корбулон запросил подкреплений. В том числе офицерами. А у тебя как раз репутация человека, годного для службы под его началом. Я могу устроить так, чтобы вас с центурионом Макроном перевели под его командование, обучать войска и вести их в бой. Вам это по плечу. К тому же неплохая возможность добыть себе побольше славы.
– Чтобы не маячить в Риме, смущая Бурра своей популярностью среди гвардейцев. И не тревожить императора.
– В каком-то смысле да.
– Я подумаю над этим. Хотя не скрою: мне хотелось бы остаться в Риме.
– Ты не понял, Катон. Это не просьба.
– Ах вот оно что… – Префект призадумался. – Мне нужно некоторое время, чтобы все рассортировать. Думаю, я это заслужил. Семейные обязанности, знаешь ли. И кстати, Макрон может не выразить особой охоты. Как будет возможность, я тебя об этом извещу.
Он повернулся к выходу, но на подходе к двери Паллас его окликнул:
– На твоем месте я не стал бы затягивать с отъездом. В самом деле. Рим – небезопасное место для тех, у кого нет политической сметки. Не зная его устройства, пропадешь.
К тому времени как Катон возвратился к Макрону, гостям подали очередную перемену блюд – горшочки с улитками в пряном соусе. Макрон со смаком поедал угощение и Катона встретил виноватым взглядом.
– Так чего ему там надо? – полюбопытствовал он, протягивая другу его горшочек.
– Предложил нам новое назначение. Вдалеке от Рима, где мы не будем привлекать к себе излишнего внимания. У него в мыслях отправить нас в Малую Азию, в помощь армии Корбулона для подготовки похода на Парфию.
– Тебе того хочется?
– Я сказал, что надо подумать.
– А он?
Катон колупнул ножом улитку.
– Он сказал, чтобы мы здесь не задерживались.
Его прервал вопль, донесшийся из конца залы. Все лица повернулись в сторону возвышения с ложами императорской свиты. Нерон был увлечен разговором со своим кружком актеров. Сбоку от него корчился в муках Британник, хватаясь за живот и стеная от боли. Рокот беседы в зале быстро утих; разговор не прерывал только император со своими товарищами, которые между тем боязливо косились на муки сводного брата императора.
– Это что еще за несварение? – полушепотом спросил Макрон.
Внезапно Британник сел прямо, поднял голову и заверещал, упав затем на ложе. Он бился в агонии, дрыгая в воздухе ногами. Те, кто находился по соседству, взирали на это в ужасе, в то время как Нерон был по-прежнему занят беседой и даже не оборачивался на муки брата. Наконец с долгим утробным стоном Британник затих и смолк. Все сидели в молчании: разговаривать никто не отваживался. Все смотрели на Нерона в ожидании какого-нибудь знака, но тот в своей словоохотливости ничуть не унимался, упорно обходя вниманием тело своего сводного брата.
Кое-кто из гостей начал вставать и расходиться, уплывая из залы бесшумно, словно призраки. Катон поглядел на улитку у себя в пальцах и поспешил вернуть ее в горшочек. Хотя Макрон уже поел и ничего с ним не сделалось, префект подвергать себя такому риску не решился. Не оставалось сомнения, что Британник отравлен.
– Думаю, предложение Палласа нам все же придется рассмотреть…
От автора
Неспокойная эпоха Клавдия
Правление императора Клавдия продлилось значительно дольше, чем у его предшественника; и не только его, но и целых шести императоров, что правили после. Достижение весьма внушительное, особенно учитывая, что ему постоянно ставили палки в колеса сенаторы (из которых многие жестоко поплатились за недооценку безжалостности Клавдия и тех, кто его окружал). В те времена Рим был доподлинно очагом интриг. Часть аристократии никак не желала смириться с тем, что власть у нее перехватила династия венценосцев, и горела желанием возродить времена республики, когда неоспоримыми властителями Рима являлись сенаторы. Отношения между императором и сенатом не стали лучше, когда Клавдий вынудил уйти в отставку многих из сановников, более не соответствовавших имущественному цензу, и заменил их свежеиспеченными назначенцами из галльских провинций. К последним с нескрываемым презрением относились старшие члены сената, что лишь усугубляло напряжение между ними и их правителем.
62
Гней Домиций Корбулон (ок. 7–67 гг. н. э.) – римский военачальник, один из основных полководцев во времена Нерона.