– Так куда нас отправят? – подскочила к ней Зора.
– Никуда! Останетесь здесь, пока вам не подыщут место, где будут готовы принять сразу троих. На это уйдет несколько дней. Но ты должна понимать, что это может оказаться временно. Вас могут разлучить в любую минуту.
– Главное, чтобы они обжились. А уж я всем теперь буду рассказывать, что у нас есть друг на самом верху.
– Ты просто невозможна, – усмехнулась Шендл. – Иди уж, обрадуй Эсфирь и Якоба.
Собирать Теди было нечего, так что она гуляла по кибуцу, вдыхая мирный аромат печеной картошки, душок жизнерадостных коз и запах прелой хвои. Кибуцники интересовались, куда она едет, но никто не бывал в Негбе. Ей желали удачи и счастливого пути и приглашали приезжать в гости.
Ближе к полудню она устроилась на скамье у главных ворот. Там ее и нашли Эсфирь и Якоб. Теди обняла мальчика с такой силой, что он вырвался со словами: «Какая ты медведица» – и убежал в комнату для детей. Эсфирь поцеловала ее в лоб и поспешила за сыном.
Чуть погодя появились Леони, Зора и Шендл, сели рядом. Все молчали, настроения разговаривать не было ни у кого.
Наконец Леони произнесла:
– Жаль, что тот парень, Ниссим, не едет туда же, куда и ты.
– Всех иракцев отвезли в Ягур, – сказала Шендл. – А теперь они, наверное, по всей стране разъедутся, как и мы.
В молчании они пообедали и вернулись к воротам. Шендл взяла Теди за руку. Леони положила голову ей на плечо.
Теди была благодарна им за молчание. Ей казалось, что она разлетится на мелкие кусочки, если кто-нибудь задаст ей хоть один вопрос.
Около трех к ним присоединилась еще одна беглянка из Атлита – с годовалым малышом на руках и корзиной, доверху набитой детскими одежками – подарками детского сада при кибуце.
– Я слышала, в Негбе жарковато, – сказала молодая мамаша. – Зато море рядом. Это ведь хорошо, правда?
Часа через два к воротам подъехал джип. Теди вскочила на ноги.
– Тут найдется фотоаппарат? Хочу, чтобы мы вместе сфотографировались – Шендл, Леони, Зора и я.
Женщина с ребенком уже забралась в автомобиль, но Теди все упорствовала:
– Я не поеду без фото! Неужели ни у кого нет фотоаппарата?
У ворот появился Зелигман:
– Опять вы тут буяните? Какая беда на этот раз?
– Мне ничего не надо. Только маленькую фотокарточку, – умоляюще Ответила Теди.
Зелигман посмотрел в ее синие, полные слез глаза и вытащил из кармана носовой платок:
– Вот вытрись. У меня в кабинете лежит старенький «Брауни»[15].
Водитель нажал на клаксон. Леони бросилась к машине, чтобы попросить его подождать еще чуточку. Зелигман ушел и вскоре вернулся с квадратной черной коробкой.
– Встаньте рядом! – приказал он.
Девушки прижались друг к дружке.
– Улыбочки! Раз, два, три! Отлично. Готово.
Теди порывисто обняла его.
– Обещайте, что вы мне ее пришлете! Теди Пасторе, кибуц Негба. Запишите, а то забудете!
Он пощекотал ее под подбородком.
– Как я смогу забыть о такой красотке?
– Нет-нет, – настаивала она, – обязательно запишите. А то не поеду. – Она выхватила у него планшет, раскрыла и нацарапала карандашом на первом попавшемся клочке бумаги имя и название кибуца, затем сунула листок в нагрудный карман рубашки Зелигмана.
Подруги окружили Теди. Все четверо крепко обнялись, плача и что-то обещая друг другу.
– До встречи, – сказала Зора. – И мы расстаемся не навсегда!
Водитель снова загудел.
Теди, рыдая, бросилась к машине. Когда джип уже отъезжал, она высунулась в окно и пронзительно закричала:
– Пишите! Шендл, Леони, Зора! Кибуц Негба! Попрощайтесь за меня с Эсфирью! Поцелуйте Якоба! Мы еще увидимся!
Эпилог. Фотография
В тот вечер Зелигман отдал рубаху в прачечную, напрочь забыв про бумажку в кармане, и листок с именем и адресом Теди Пасторе обратился в грязный комок.
15
Модель фотоаппаратов американской фирмы «Истман Кодак» (Eastman Kodak Co), названных по имени служащего фирмы Фрэнка Браунелла и выпускавшихся с февраля 1900 до начала 1960-х годов