А хуже всего, когда они говорят то, о чем ты, типа, и сама уже начинаешь догадываться. Она чувствовала себя толстоватой. Все в ее семье — и мама, и папа, и Джонни — тонкие, как подсохшая руккола. Когда Аннабель была маленькой и у нее было еще больше щенячьего жирка, чем сейчас, она думала, что появилась прямо из животика своей бабушки, Мамы Маретти, женщины, которая влюблялась в каждую лазанью, которую встречала на своем жизненном пути.
Аннабель никогда не считала себя красивой, поэтому как-то странно было слышать, когда мама со своим неизменным британским акцентом называла ее прекрасной. У нее выходило «пере-крас-ная», и это вовсе не было правдой. Ее глаза слишком широко расставлены, а нос слишком тонкий. Волосы вообще делают, что хотят, совсем не считаясь с желаниями Аннабель, и вдобавок на подбородке недавно выскочила целая куча прыщей.
Вот мама всегда ухоженная и красивая. По сравнению с ней Аннабель чувствовала себя неопрятной, как тот персонаж в комиксах про Чарли Брауна, вокруг которого вечно грязные брызги. Она любила маму. Она не возражала против того, что мама не сидит все время дома, как матери некоторых ее подружек. Мама всегда находит время для нее и Джонни. Плюс к тому у мамы суперская работа. Прошлым летом она принесла Аннабель новое брендовое платье и туфли и в качестве сюрприза устроила поход на несколько телешоу Марты Стюарт[112] и даже, вот круть-то, представила ей Аннабель. Самой Марте Стюарт!!! Мама рассказала все о ее роликах на «Ютьюбе» и овощных смузи, как будто это очень важные вещи. А потом Аннабель и сама поговорила с Мартой, и так здорово было узнать, что у них одинаковое мнение насчет капусты — что она всегда прекрасна!
Еще около месяца назад мама смотрела видосики Аннабель, только если вывести их ей прямо на монитор. Потом она обычно отсутствующе взмахивала рукой и говорила что-то вроде: «Обязательно покажи мне на днях, как это делается». И в следующий раз, когда они снова смотрели очередной ролик, опять говорила то же самое. Хотя в последнее время с этим стало получше, теперь мама быстрее все схватывает.
Аннабель слышала лишь обрывки разговоров о том, что случилось у мамы на работе, но судя по ним, там творилась какая-то фигня. У мамы появилась новая начальница, и она какая-то придурочная. Аннабель подняла глаза на мать, на ее прекрасные белокурые волосы, подрагивающие над белоснежным воротничком. Жаль, что она не может просто взять и швырнуть в физиономию своей начальницы большую порцию овощного смузи. Аннабель решила сказать это маме. И мама улыбнулась.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
На следующее утро Имоджин проснулась с больным животом. Она чувствовала себя так плохо, что даже подумала, не позвонить ли ей на работу и сказать, что заболела, но потом поняла, что просто не может позволить Еве взять над ней верх. Она потянулась, лежа на спине, потом встала в постели на четвереньки и прибегла к йоге, несколько раз проделала связку «кошка — корова», надеясь, что это поможет ослабить узел в животе. Когда это не сработало, Имоджин попробовала дыхательные упражнения, которые рекомендовал Рон. Она вдыхала, считая до восьми, потом задерживала дыхание, считая до десяти, и выдыхала, снова считая до восьми. Каждый раз, когда она задерживала дыхание, перед глазами вставала Евина ухмылка.
Ева выиграла этот раунд. До недавнего времени Имоджин все-таки верила, что Ева играет честно. До вчерашнего дня она считала, что, несмотря на все Евины недостатки, они все-таки в одной команде. Теперь же ей стало ясно, что от этого предположения до истины далеко, как до Луны.
Она потерла рукой то место в постели, где всего час назад лежал Алекс. По ее подсчетам, он спал где-то часа четыре. Суд начнется на следующей неделе, и это означало, что режим мужа, возможно, несколько нормализуется.
В последнее время Имоджин обращала меньше внимания на то, как она одета. Годами она методично продумывала каждый свой образ, но сейчас просто надевала то, что доставили из химчистки. Ей по-прежнему нравилось, как она выглядит в юбке-карандаше, водолазке и туфлях-лодочках, но это же совсем не то, что раньше, когда она каждый вечер выделяла время на обдумывание своего образа. Она привыкла ощущать, что одевается для успеха и для тех, кто присутствует в офисе. Теперь она конкурировала с бандой девчонок в обтягивающих платьях и на высоких каблуках. Большинство ее коллег ушло. Теперь одеваться как следует ей оставалось лишь для себя самой.
112
Американская бизнесвумен, телеведущая и писательница, получившая известность и состояние благодаря советам по домоводству.