Синдзи слышал крик Аски, но не понимал ни единого слова. Его собственная LCL начала пульсировать вокруг него. Он ощутил голод, или, может быть, его ЕВА проголодалась. Его собственный голод эхом отразился в бешенстве ЕВЫ. Он не ел уже более суток. И хотя LCL сохраняла его живым и здоровым, но никак не могла наполнить его желудок. В нем возникло неодолимое желание вырвать сердце из груди Ангела и вонзить зубы в его плоть.
Тело Салгила посерело, от него начали отваливаться сухие куски плоти. Его АТ-поле погасло, и тотчас же ствол дерева, воткнутый в грудь Второго, распался на куски. Снежный буран вокруг них достиг такой силы, что мог снести город в одно мгновение. Но как только снег достигал места схватки, он превращался в воду, а вода – в пар. Пар мгновенно распадался на кислород и водород, проникая в колышущуюся, мерцающую стену света, что окружала четыре огромных человекообразных фигуры.
Неожиданно голова Ангела развалилась на части, и Нулевой с жадностью стал пожирать ее остатки, хватая комки розоватого мяса и отправляя их в свою глотку. Другие ЕВЫ тоже приступили к страшной трапезе.
– Я не могу остановить ее! Что… Что мне делать? – закричал Синдзи.
ЕВА-01 вонзила руку в грудь Ангела и вырвала его сердце, имеющее тускнеющий нимб, переливающийся всеми цветами радуги. Одним глотком Первый проглотил его, и не останавливаясь вонзил свои зубы в тело Ангела. LCL вокруг Синдзи бурлила все больше и больше с каждым проглоченным куском мяса Ангела. К своему собственному ужасу Синдзи обнаружил, что кусает LCL. Он быстро остановился, но побуждение есть осталось. Это было уже слишком.
– ЧЕРТ ВОЗЬМИ! – заорал он. – Я НЕ МОГУ ОСТАНОВИТЬ!
– Gott in HIMMEL! – заорала Аска, когда ее ЕВА принялась пожирать ногу Ангела. Усики уже закончили свою работу, высосав всю его кровь.
– PAREN! PAREN! SCHEISSE!!!
Вокруг нее бурлила LCL густо красного цвета, как будто она плавала в море крови. Вкус жидкости стал лучше. Или, возможно, ей нравится этот вкус. Эта мысль ей совершенно не понравилась.
Буря внезапно прекратилась, когда тело Ангела сделалось вялым и безвольным. Вышедшие из-под контроля ЕВЫ продолжали рвать его на куски. ЕВА-02 поднялась на колени, совершенно не обращая внимания на поврежденную ногу.
ЕВА-00 продолжала поедать тело Ангела от головы к туловищу. А Первый разрывал его в середине. Двое детей продолжали кричать через комлинк.
– ЧТО, ТВОЮ МАТЬ, ТАКОЕ ТВОРИТСЯ!? – Мисато кричала на Рицуко, которая слегка дрожала.
– Не ругайся. Это надо изучить.
Мрачный пир продолжался. ЕВЫ рвали плоть Ангела, и с каждым куском мяса они менялись. Тело Нулевого постепенно окрашивалось в белый цвет. ЕВА-01 отрастила клыки и когти. ЕВА-02, кажется, осталась прежней, если не считать того факта, что ее поврежденная нога была сейчас цела.[14]
Глаза Хикари вспыхнули от радости, когда она вышла из дверей школы. Ее мужчина, Тодзи, ждал ее, прислонившись к бетонному забору.
– Тодзи! – она подбежала к нему и прыгнула в его объятия, но улыбка Хикари быстро исчезла, когда она поняла, что он не слишком рад.
– Тодзи… что случилось?
– Мы можем… мы можем поговорить где-нибудь в другом месте?
Она молча кивнула. Взяв велосипед Тодзи, они поехали через город. Хикари крепко обхватила Тодзи сзади. Они ехали по улицам города, то появляясь на солнце, то снова ныряя в тень домов, пока не прибыли в место Кенсуке, как они его называли. Это участок шоссе, откуда Тодзи обычно любовался городом. Дорога змеей вилась по выступающему утесу, обеспечивая великолепный вид на Токио-3.
Тодзи остановил велосипед и вместе с Хикари подошел к ограждению. Он смотрел на Токио-3 с выражением, которое она никогда не замечала в нем прежде.
– Скажи мне, что сообщали о наших действиях в новостях? – спросил он.
– Немного, – ответила Хикари, – NERV столкнулся с Ангелом, там возникли какие-то пожары, кто-то погиб, но NERV спас положение.
– И все? – переспросил он натянуто.
– Тодзи…что произошло?
– Не знаю, должен ли я радоваться или беситься, слыша это.
– Тодзи?
Он, наконец, повернулся оказался лицом к лицу с ней и дав волю гневу.
– Все пошло нахрен, черт возьми. Все. Никто не знал, что, черт побери, делать, говорю тебе. Они послали туда Синдзи, обдолбанного наркотиками и перевязанного, а эта проклятая сука Аска хотела бросить его на погибель…