Проводив его взглядом, Сампэй вернулся под дерево и окликнул брата:
— Дзэнта! Нигде не видно фейерверка? И не слышно?
Полицейский, слава богу, ушел. Флажок спокойно развевался на утреннем ветерке. Мальчики повеселели.
— Дзэнта, давай поиграем.
— Давай, только во что?
Сампэю пришла в голову замечательная мысль. Он пошел в сарай, притащил циновку и расстелил ее под хурмой.
— Давай устроим олимпийские игры.
— Давай.
— Ты будешь вести репортаж, а я плавать.
Сампэй растянулся на циновке животом вниз. Здесь он и собирался плавать.
— Ну, начинай.
Дзэнта принес канистру из-под керосина, уселся на нее и, приложив руки ко рту наподобие микрофона, заговорил:
— Итак, начинаем репортаж из бассейна. Здесь идут олимпийские игры. На первой дорожке — Сампэй-кун[23].
— Ну что ж ты так тихо? Громче говори! — сказал Сампэй.
— На второй дорожке — Хамура-кун, на третьей — Тадзима-кун, на четвертой — Маэхата-кун, на пятой — французский пловец, на шестой — англичанин, — заорал Дзэнта.
Сампэй загребал руками и ногами, всем своим видом показывая, что он плывет.
— Сампэй-кун приготовился к прыжку. Прыжок. Ушел в воду. Плывет под водой. Плывет под водой… Эй, Сампэй-тян, что же ты не погружаешься в воду? Ты слышишь, я говорю: «Плывет под водой»?
Сампэй, болтавший на циновке руками и ногами, услышав это, уткнулся головой в циновку и стал разводить руками и ногами, как лягушка.
— Ага! Вынырнул! Вынырнул! Сампэй-кун идет впереди всех. За ним — Хамура-кун. Между ними завязалась борьба. Эй, Сампэй-тян! Зачем ты опять нырнул? Хватит уж! Плыви! Сампэй-кун вышел вперед. Идет впереди. Хамура отстает. На метр, на два… Сампэй-кун впереди. Оторвался на пять метров. Пройдено пятьдесят метров. Сампэй-кун повернул обратно. Плывет обратно, плывет обратно…
Репортер говорил скороговоркой, а Сампэй плыл изо всех сил. Он повернулся на циновке, лежа на животе, и снова принялся загребать руками и ногами.
— Ага! Тадзима тремя рывками вырвался вперед!
— Дзэнта! А как это «тремя рывками»? — спрашивает Сампэй, забыв о том, что он «плывет».
— Ты что разговариваешь? Ведь ты же плывешь! Будешь болтать — отстанешь.
И Сампэй снова начинает работать руками и ногами. Он то поворачивается на спину, то укладывается на живот, плывет вперед, потом поворачивает обратно.
— Теперь Маэхата-кун впереди всех. Сампэй-кун идет последним.
— Чего? Я не хочу быть последним. — Сампэй поднимает голову с циновки.
— Ну ладно, ладно. Ты — первый. Итак, Сампэй-кун плывет первым. Второй — Хамура, третий — Маэхата, четвертый — Тадзима. Пятым идет француз, шестым — англичанин. Но что это с Сампэем? Он начинает отставать. Француз обгоняет его. Держись, Сампэй! Осталось совсем немного.
Что тут начинается! Сампэя охватывает спортивный азарт. Он вскакивает на циновке, затем ложится, колотит ногами и руками и даже кувыркается через голову.
— Победил! Победил! Сампэй-кун победил!
Сампэй, весь потный, растягивается на циновке.
Наступил полдень. Сампэй ехал на трехколесном велосипеде по каменному мосту, за фабрикой. В это время на мосту появился велосипед, на котором сидел человек в европейском костюме. Он посигналил Сампэю, и тот тоже звякнул ему. Человек слез с велосипеда, странно как-то улыбнулся и спросил у Сампэя:
— Малыш, ты не знаешь, где тут дом Аояма Итиро?
— Знаю, — сказал Сампэй.
— И где же он?
— Это мой дом.
— Вот как! Тогда покажи мне дорогу.
Сампэй с важным видом поехал впереди на своем трехколесном велосипеде, а незнакомый мужчина — за ним, на своем большом велосипеде.
Сампэй то и дело звонил в звонок, на повороте поднял руку, а когда въехал в ворота, подал сигнал: «Стоп!» — и крикнул с порога:
— Мама! Гость пожаловал.
Незнакомец улыбнулся Сампэю и спросил его:
— Сколько тебе лет, малыш?
— Восемь.
— О, уже в первый класс ходишь? Или во второй?
— В первый.
— Первоклассник, значит, вот молодец!
Однако, как только вышла мама, незнакомец сразу же принял официальный вид, достал из кармана визитную карточку и спросил:
— Хозяин дома?
— Да.
— Значит, дома?
— Ну, да.
— Могу я увидеть его?
Он протянул визитную карточку и, пока мама разглядывала ее, становился все суровее и уже глядел на маму исподлобья.
— Так ваш муж дома или нет?
— Да.
— Извините, но я очень спешу…
Мама, побледнев, ушла в дом.