Тогда Сампэй снял шапку, поклонился и сказал:
— Прошу…
Остальные слова словно в горле застряли.
— Ну что «прошу»? Что? — спросила тетушка.
Тут из дальней комнаты выскочили Миёко-тян и Косукэ-кун. И Сампэй уставился на них, улыбаясь. И они заулыбались, глядя на Сампэя.
— Прошу любить… — вдруг громко выкрикнул он.
Все заулыбались еще радостнее. И Сампэй, набравшись храбрости, закончил фразу:
— … и жаловать!
— Ха-ха-ха! — расхохотались все.
— Ну, заходи! — пригласила тетушка.
Миёко, Косукэ и Сампэй сидели на веранде и сосали карамель. Разговаривать было некогда, да и незачем. Достаточно было взглянуть друг на друга, и они сразу начинали улыбаться. Но тут до Сампэя донесся разговор тетушки и дядюшки, которые сидели в столовой.
— Ужасно! — Это тетушка.
— Куда уж хуже! — Голос дядюшки.
— Ну и в чем же вина Итиро-сан?[32]
— Говорят, подделка документов. Жаль его: года два дадут.
— И Сампэй все это время будет у нас?
— Что говоришь! Я и в университете собираюсь его учить.
— Да ну! Такого мальчика.
— Да, такого!
— Правду говорят, в семье не без урода. Так что, может, всю жизнь придется приглядывать за ребенком, вместо родного папаши.
— Ничего не поделаешь.
— Добро бы за ребенком честного человека…
— Что болтаешь! Еще неизвестно, как обернется дело Итиро-кун. Даже если он и виноват, и то сначала нужно узнать обстоятельства, при которых все случилось, а потом уж…
Сампэй перестал улыбаться, а через час исчез. Его не оказалось ни в доме, ни в усадьбе, ни у моста. Все бросились в разные стороны на поиски: и дядюшка, и тетушка, и Миёко, и Косукэ…
— Сампэй-тян! — звали они.
А Сампэй тем временем сидел на высокой сосне у амбара. Он залез туда, чтобы посмотреть, не видно ли родного дома, но кругом стояли лишь высокие горы, освещенные заходящим солнцем.
Сампэй забрался на сосну у амбара еще и потому, что ему расхотелось жить в доме дядюшки Укаи, после того как он подслушал разговор дядюшки и тетушки. Он решил спрятаться. А когда солнце стало садиться и Сампэй услышал голоса, зовущие его, он не откликнулся, а продолжал сидеть на суку. И слезать с него не собирался. Было интересно смотреть, как солнце садилось за горы. Огромное, оно, казалось, катится по горным хребтам. В это время дядюшка Укаи подошел к крестьянину, работавшему на поле у дороги.
— Не видали ли вы мальчика лет восьми? — спросил он. — Днем привез от родственников, и вот исчез куда-то…
— Так вот оно что! А я-то думаю, кто это там на сосне у вашего забора виднеется? Неужели, думаю, ребенок? Так ведь и свалиться недолго. — И крестьянин показал пальцем на сосну.
— Вот, пострел, куда забрался! — удивился дядюшка и поспешил к дому. — Это ты, Сампэй? — запыхавшись, окликнул он мальчика, подбегая к сосне.
— Я. Солнцем любуюсь. Очень красивое оно.
— Вот сорванец! Как ты туда залез? Спускайся!
— Сейчас спущусь. Уже слезаю.
Сампэй стал потихоньку скользить вниз по стволу.
— Стой! Посиди там немного. Я лестницу принесу. Слышишь? Лестницу, говорю, принесу.
— Не надо. Я сам спущусь.
Забыв о том, что он может подорвать свой авторитет в этой горной деревне и еще на два ри окрест, и думая лишь о своей сестре, чей сын сидел теперь на дереве, дядюшка Укаи со всех ног бросился бежать к амбару. А Сампэй тем временем слез с сосны, и, когда дядюшка вернулся с длинной лестницей, он уже стоял под деревом в окружении тетушки, Миёко и Косукэ.
— Смелый мальчик! Ишь как высоко забрался! — не переставала восхищаться тетушка.
Миёко и Косукэ молчали. Дядюшка понес лестницу обратно, а тетушка шла следом за ним и говорила:
— Какой ужасный ребенок!
— Да, шустрый паренек.
— Ничего себе, шустрый! Вот увидишь, скоро наш Косукэ откуда-нибудь свалится.
Дядюшка ничего не ответил, но тетушка догнала его и сказала:
— Нельзя ли отправить его обратно?
Миёко и Сампэй сидят на веранде у гостиной. Миёко с серьезным видом разговаривает с Сампэем — она учится в шестом классе и потому ведет себя, как старшая сестра.
— Как же ты ухитрился забраться на дерево, Сампэй-тян?
— Плюнул на ладошки да и залез. Подумаешь, дерево!
Миёко позвали из дома, и она ушла на кухню.
— Эй, Косукэ! Я что-то придумал.
— Что? — откликается Косукэ. Косукэ старше Сампэя, он учится в третьем классе.
— Мне брат рассказывал: вот на таком ящике, — Сампэй показывает руками, какой величины должен быть ящик, — надо написать: «Птичий дом» — и повесить на ветку. Тогда сразу же прилетят птицы и поселятся в нем.