Шалом наконец понял, что пытается втолковать ему Ашер. Используя образ четырех растений, он хотел сказать, что дети Таршиша тоже должны держаться вместе, несмотря на то, что каждый из них имеет свои особенности и не похож на другого.
Только вместе, каждый со своими характером, со своими способностями, смогут они образовать на заброшенном острове сильную общину. Шалому вовсе не обязательно быть таким же, как Дани или Гилад. Для всех них гораздо важнее, чтобы Шалом был такой, какой он есть на самом деле.
Шалом посмотрел на Ашера и улыбнулся.
— Ты прав,— проговорил он — я не подумал об этом. Ашер улыбнулся в ответ. Суккот еще не наступил, а все снова были друзьями.
В день, предшествовавший празднику, отец Дани стоял на палубе спасательного катера. Глядя на заходящее солнце, он думал: завтра начнется праздник, что-то делают мои дети?
Господина Леви мучила тоска. Всем сердцем он стремился в уютную сукку во дворе своего дома, к жене и детям. Он вспоминал, как их семья проводила этот праздник прежде. А сегодня он здесь, на палубе маленького судна, окруженного лишь водой и небесами, и нет никакого праздничного настроения. Он знал, что ему не обязательно сидеть в сукке, пока он в море. Но так хотелось почувствовать запах веток его собственной сукки, потрясти с детьми лулав, пропеть Аллель вместе со всей общиной...
Внезапно его мысли были прерваны.
— Господин Леви! — закричал капитан со своего мостика.— Посмотрите туда!
Леви бросился к другому борту катера и увидел вдали чуть различимую узкую полоску земли.
— Что там? — взволнованно спросил он.
— Это остров,— ответил капитан, спускаясь к нему на палубу. Он дал ему свой бинокль и сказал, улыбнувшись:
— Посмотрите, господин Леви. Вы видите то, что вижу я? Мощные линзы позволяли разглядеть далекий берег. Отец Дани смотрел с огромным напряжением и говорил о том, что видит:
— Там песок... Я вижу деревья... несколько деревьев... а в отдалении я вижу чащу...
— И это все? — спросил капитан.— Больше вы ничего не видите?
— Еще деревья...— бормотал господин Леви, напрягая зрение.— И вот еще... похоже на гору... и... стойте! Что это! Это... дым! Я вижу дым!
Он опустил бинокль и посмотрел прямо на капитана. Моряк сдвинул фуражку на затылок, улыбнулся счастливой улыбкой, проступившей сквозь все морщины на его загорелом лице, и кивнул головой.
— Я тоже вижу дым, господин Леви. А судя по моей карте, этот остров необитаем. Возможно, господин Леви, возможно...
Отец Дани растерянно улыбался. Его губы шептали молитву, пока капитан отдавал приказ направить катер к необитаемому острову. Скоро начнется ночь. Через несколько часов катер подойдет к острову. Найдут ли они здесь своих детей? Проведет ли он наступающие праздники с сыновьями?
23. Ушпизин[*]
К острову они подошли уже в сумерки. Отблески красноватого огня и столб дыма были едва заметны с катера. Господин Леви всматривался в сгущающуюся темноту, сердце его отчаянно билось. Он услышал, как бросили якорь.
— Почему мы остановились? — спросил он у капитана.
— Не беспокойтесь,— успокоил тот,— мы проведем ночь здесь. Выбора нет. Эти острова окружены мелями и острыми коралловыми рифами. Если мы попытаемся подойти к берегу в темноте, то можем потопить судно.
— Но... дети!
— Завтра мы спустим на воду лодку и пойдем на веслах,— сказал капитан,— мы отправимся, как только рассветет.
Всю ночь отец Дани провел на палубе, глядя на остров. Около полуночи красные огни погасли, дым рассеялся и исчез. Сомнения охватили душу обеспокоенного отца. Может быть, остров и вправду необитаем? Но и другая мысль пришла в голову: а может, мальчики погасили огонь перед тем, как лечь спать?
Сам он так и не лег. В прохладе ночи, глядя на вздымавшиеся и падавшие волны, он молча молился о том, чтобы завтрашний день принес столь долгожданное свидание с любимыми детьми и их друзьями. Завтра вечером они могли бы вместе сесть по случаю Суккота за праздничную трапезу на борту этого судна.
На заре капитан, доктор и господин Леви спустились в маленькую лодку и двинулись в сторону острова. Мужчины хорошо видели остров. В центре его высилась небольшая красноватая гора, окруженная свежей и пышной зеленью, переходящей в белый песчаный пляж. Но сегодня не видно было ни дыма, ни других признаков человека.
Лодка достигла берега, и все трое пошли по пляжу, отыскивая следы огня, который был виден прошлой ночью. Затем капитан указал на середину острова:
— Давайте поищем здесь. Мне кажется, дым был именно здесь,— сказал он.
Мужчины быстро углубились в лес, прокладывая дорогу через густые заросли длинными острыми ножами. Они шли уже почти час, когда почувствовали запах дыма. Скоро они вышли на поляну. Перед ними расстилался участок леса, выжженный дотла. Горячий удушливый дым все еще поднимался с земли. Не было и признака человеческой жизни. Земля источала запах гари. Капитан осматривался в напряженном раздумье... Почему загорелся лес? Может быть, дети разожгли огонь и этим вызвали катастрофу, в которой сами и погибли?
Трое мужчин шли среди обугленных остатков деревьев. Ужасная мысль леденила сердце каждого. А вдруг они сейчас натолкнутся на обугленные останки людей, застигнутых огнем в горящем лесу?
Они тщательно прочесали всю территорию, но так и не обнаружили причины пожара. Внезапно издалека послышался глухой шум, и тут капитан все понял. Он указал на невысокую гору и крикнул:
— Это извержение! Надо поскорее уходить!
Отец Дани был в полном недоумении. Его терзали сомнения и вопросы. Все надежды лопнули на этом обгорелом острове. Неужели это конец?
Но для размышлений не было времени. Капитан схватил его за руку и снова закричал:
— Это вулкан! Скорей! Прочь отсюда!
Они едва успели. Легкий дым из кратера вдруг стал густым и темным. Струя раскаленного пара вырвалась наружу, и поток кипящей лавы пополз по склону горы. Черные камни летели в воздухе, как снаряды, грохот становился все сильнее и сильнее. Мужчины бросились бежать в сторону берега, а за ними уже гналась огненная лава. Оглянувшись, они увидели, как стоявший нетронутым лес теперь пылал. Холодный пот тек по их лицам.
— Осторожно, камни слева!
— И не только оттуда! Лава!
— Огонь дошел уже до берега!
Они едва успели выбежать из огненного ада, задыхаясь от быстрого бега и черного дыма, забивавшего легкие. Наконец, они в море, капитан умело отвел лодку от берега и помог остальным забраться в нее.
Энергично работая веслами, они быстро приближались к стоявшему на якоре катеру.
Когда все трое поднялись на палубу, капитан приказал поднять якорь и дать полный ход. Пылающий остров быстро скрылся из вида, легкий ветерок обдувал их почерневшие лица.
— Мы счастливо отделались! — воскликнул капитан, спустившись на палубу с мостика.— Не отчаивайтесь, господин Леви, мы будем продолжать поиски. Молитесь, и с помощью Господа мы найдем детей.
В этот вечер, первый вечер Суккот, отец Дани одиноко сидел на палубе, напряженно вглядываясь в темнеющий горизонт.
Вдалеке от горящего острова на мирные берега Таршиша опустилась прохладная ночь. Огромная луна сквозь кроны деревьев лила свой свет на маленькую сукку. Дани лежал на спине и думал о других праздничных шалашах, в другом месте, в другое время...
Всего год назад он сидел со всей семьей в большой сукке во дворе их дома. Каждый Суккот к ним приходило много гостей: дяди и тети, бабушки и дедушки, друзья и знакомые. Сукка была полна жизни всю неделю. Дани с тоской вспоминал веселых гостей.
Но ведь, подумал он, у нас сегодня тоже могут быть гости! Сюда, на Таршиш, могут прийти Ушпизин, которые приходят в каждую сукку везде. Кроме того Авраам, Ицхак, Яаков, Йосеф, Моше, Аарон и Давид, конечно же, прибудут и на Таршиш! Можно ли ждать более почетных гостей! Дани улыбнулся своим мыслям и поплотнее завернулся в одеяло. Он слышал ровное дыхание Гилада и Шалома, спавших рядом, и продолжал смотреть на звезды сквозь схах сукка.
Ушпизин
Арамейск.: «гости». Еврейская традиция утверждает, что в праздник