Джек уже познакомил Мишеля с тем кошаком. Домашний кот Джоунсов был чистокровным тагарцем, представителем породы, выведенной на Лемурии для замены пастушеских собак, которые там не прижились. Будучи по внешнему виду похож на обыкновенного серо-полосатого беспородного кота, Леон весил килограмм сорок. Пожалуй, большая часть рысей предпочла бы уступить ему дорогу, а ирбисихи с окрестных гор, доведись им проникнуть под купол Порт-Шамбала, сочли бы его достойным внимания кавалером.
На роль спарринг-партнера для дракончика он не подходил по весовой категории.
Придя в лабораторию после разговора с Эльзой, Ганс был в полнейшей растерянности. Ему надо было с кем-то посоветоваться, но с кем? Тема была слишком интимной, чтобы довериться шапочно-знакомым студентам.
Подождать до дома и обсудить с мамой? Отношения с мамой у него стали какими-то другими с тех пор, как маме вылечили руку. Почти равноправными. Но всё же это не та тема.
В лаборатории сидела Мара. Ганс, конечно, общался с ней куда меньше, чем Мишель, но уже успел понять, что она обычно не отвечает на вопрос: «Вырастешь, узнаешь.». И он решился. Мара выслушала его сбивчивый рассказ и сказала:
— Я ведь никогда не видела твою Эльзу. У тебя есть сегодняшняя запись глазами Бертрана?
— Есть, конечно.
Посмотрев запись Мара сказала:
— Ну понятно. В вашем возрасте девочки созревают немного быстрее, чем мальчики. По фигуре Эльзы уже видно, что она из девочки превращается в девушку. Поэтому её уже интересуют темы, которые тебе ещё кажутся безумно далёкими от тебя. Года через два догонишь.
— А сейчас мне что делать? Она не будет воспринимать меня как мелюзгу?
— А ничего особенного. В европейской культуре есть куча всяких ограничений и табу вокруг секса и любви, так что если парень не форсирует события, это скорее всего будет воспринято как плюс. Главное, не высмеивай то, что ей кажется серьёзным и важным.
Вообще, возьми что-ли наш учебник для подготовки к зачету на сексуальную взрослость, и почитай.
Пироги бабушки Тордис
Мара заглянула в комнату Кима. Названный брат сидел на диване в расстегнутом кителе и мучил гитару. Гитара была явно не его. Наверное, у Келли утащил.
Дослушав песню, Мара спросила:
— Что это ты за Лаурин репертуар взялся?
— Просто эта песня очень подходит к моему настроению.
— И в каких же она, собственно краях?
— Лиддел-виллидж, Соацерский округ, хандрамит Офир.
— Та-а-ак. Хватит тут предаваться сплину. Откладывай гитару и пошли к бабушке Тордис пироги с треской есть. Там будет обсуждаться вопрос доставки народа для Клавиуса с Марса. Так что имеешь шанс подсуетиться и слетать туда.
Гитара и хандра были моментально отставлены в сторону, форма приведена в порядок, и младшие представители семьи Лависко отправились в дом старшего поколения.
По сравнению с достаточно большим бревенчатым домом Лависко-второго с огромным адмиральским кабинетом, которым сейчас беззастенчиво пользовался Келли, и отдельной спальней для каждого из троих детей, домик ректора ВКА казался игрушечным. Был он выполнен в северонемецком стиле, с оштукатуренными щитовыми стенами и красной черепичной крышей, и в нём была всего одна комната и кухня-прихожая.
Работать Тадеуш Лависко предпочитал в здании Академии.
Стол, украшавший середину комнаты был раздвинут, вокруг него расставлен десяток стульев. Мара вспомнила, как в детстве её всегда интересовала, где же дедушка с бабушкой прячут две трети этих стульев, когда в доме нет застолья.
За столом сидели дедушка Тадек, бабушка Тордис, капитан Гонсалес, Келли и Джек Летайр. Вот уж кого Мара не ожидала здесь увидеть.
— О, а вот и молодежь! — приветствовал Мару и Кима дедушка.
Келли интересовало больше всего, где взять людей для работы в Клавиусе. У четверокурсников Академии было не слишком много времени — выпускные экзамены на носу. Младшие курсы тоже вроде не по делу от занятий отвлекать. Шварцвассер мог выделить ещё от силы трех-четырех студентов. У фонда Джулио Раскэ тоже с людьми подходящих профессий было тяжеловато. Брукман, который в присланном с Луны письме, собственно, и поставил вопрос о том, что в Клавиусе не хватает людей, предложил пригласить дипломников из экотехнического колледжа Соацеры.