— Ещё не поздно повернуть назад, — сказала Су Лин. — Мы можем поехать к ним и в следующее воскресенье.
— Слишком поздно. А ты не подумала, как нервничают мои родители? В конце концов, я им уже сказал, что я от тебя — без ума.
— Да, но моя мать тебя обожает.
— А моя будет обожать тебя.
Су Лин молчала, пока Нат не предупредил её, что они приближаются к окрестностям Кромвеля.
— Но я не знаю, что ещё им сказать.
— Су Лин, это — не экзамен.
— Нет, это — экзамен, это — именно экзамен.
— Вот город, в котором я родился, — сказал Нат, пытаясь отвлечь её, пока они ехали по главной улице. — Когда я был ребёнком, я думал, что это — огромный город. Но, честно говоря, я также думал, что Хартфорд — это столица мира.
— Сколько нам ещё времени ехать?
— Думаю, что ещё минут десять. Но, пожалуйста, не жди ничего роскошного, мы живём в очень маленьком доме.
— Мы с мамой живём над прачечной, — сказала Су Лин.
Нат рассмеялся.
— Так же, как Гарри Трумэн.[42]
— И смотри, как высоко он взобрался.
Нат повернул на Седар-авеню.
— Наш дом — третий справа.
— Нельзя ли несколько раз объехать квартал? — спросила Су Лин. — Мне нужно обдумать, что я скажу.
— Нет, — ответил Нат. — Вспомни, как встретил тебя профессор статистики в Гарварде, когда ты в первый раз к нему пришла.
— Да, но я не собиралась выходить замуж за его сына.
— Думаю, он бы дал согласие на этот брак, если бы это убедило тебя пойти к нему в отдел.
Су Лин рассмеялась — впервые за последний час. Нат остановился перед домом своих родителей, обошёл машину и открыл дверь для Су Лин. Она вышла, споткнулась, и туфля свалилась в канаву.
— Ой, прости, — сказала она, надевая туфлю. — Прости.
Нат рассмеялся и обнял её.
— Нет, нет, — возразила Су Лин, — твоя мать может нас увидеть.
— Надеюсь, что увидит, — ответил Нат.
Он улыбнулся, взял её за руку, и они пошли к дому.
Дверь открылась ещё до того, как они к ней подошли, и Сьюзен выбежала им навстречу. Она сразу же обняла Су Лин и сказала:
— Нат не преувеличил: вы — настоящая красавица.
Флетчер медленно пошёл по коридору по направлению к залу суда, всё ещё удивляясь, что профессор Абрахамс идёт вместе с ним. Когда они дошли до дверей, молодой адвокат решил, что его ментор вернётся на своё место двумя рядами позади Энни, но он проследовал вперёд и сел рядом с Флетчером. Энни и Джимми едва могли скрыть своё удивление. Судебный пристав объявил:
— Всем встать! Председатель суда — его честь судья Абернети.
Усевшись на своё место, судья взглянул на генерального прокурора и кивнул ему, а затем обратил своё внимание на скамью защиты, и — во второй раз за время этого судебного процесса — у него на лице отразилось удивление.
— Я вижу, вы приобрели ассистента, мистер Давенпорт. Надо ли внести его фамилию в регистр перед тем, как я вызову присяжных?
Флетчер повернулся к профессору; тот встал и сказал:
— Таково моё желание, ваша честь.
— Ваше имя? — спросил судья, как будто он понятия не имел, с кем говорит.
— Карл Абрахамс, ваша честь.
— Вы обладаете правом выступать в суде?
— Думаю, что да, — сказал Абрахамс. — Я был принят в коллегию адвокатов в 1937 году, хотя ещё не имел удовольствия выступать в вашем суде, ваша честь.
— Благодарю вас, мистер Абрахамс. Если генеральный прокурор не имеет возражений, я занесу в регистр ваше имя как ассистента мистера Давенпорта.
Генеральный прокурор встал, отвесил профессору лёгкий поклон и сказал:
— Это большая честь — быть в одном суде с ассистентом мистера Давенпорта.
— Тогда, я думаю, мы больше не будем зря тратить время и вызовем присяжных.
Флетчер посмотрел на лица семи мужчин и пяти женщин, когда они занимали свои места. Раньше профессор посоветовал Флетчеру проследить, не посмотрит ли кто-нибудь из присяжных прямо на обвиняемую, что, возможно, будет означать вердикт «невиновна». Флетчеру показалось, что двое присяжных так и посмотрели на неё, но он не был уверен.
Старшина присяжных встал.
— Достигли ли вы согласия в вердикте по данному делу? — спросил судья.
— Нет, ваша честь, мы не сумели этого сделать, — ответил старшина присяжных.
Флетчер почувствовал, что его ладони потеют ещё больше, чем когда он встал, чтобы обратиться к присяжным. Судья спросил:
— Смогли ли вы принять решение большинством голосов?