– Я вам не дружок, мистер, – сказал он и пошел прочь.
– Ты уж прости, но в твоей песне недостаточно души, нашей души, негритянской, ты понимаешь, о чем я, малыш? Я Джимми, мне нужна душа! – крикнул Джимми, ни к кому в особенности не обращаясь, когда саксофонист на сцене исполнил импровизацию стаккато. – Да! – снова крикнул Джимми. – Давайте исполнять соул! Соул и есть музыка души!
Кертис скользнул за стол и уселся рядом.
– Ну конечно, и соул, и госпел,[4] а еще ритм-н-блюз, джаз, блюз и все остальное, что заимствуют у нас белые, – поддакнул он.
Теми же словами он пару дней назад прочел лекцию СиСи после того, как они ночь напролет писали вместе песни. Кертис и СиСи вообще часто засиживались по ночам, сочиняя музыку на стареньком пианино, купленном в местном университете, пожелавшем избавиться от старого музыкального инвентаря. Кертис заплатил за пианино из своего агентского вознаграждения и тут же поставил его в тесном пыльном гараже, взяв с СиСи обещание, что тот вернет деньги за инструмент сторицей, написав несколько хитов для «Дримфеток». Перед этим СиСи несколько недель уговаривал менеджера сестры внести его в список в качестве композитора. Кертису нравились в этом пареньке две черты – энергия и чистота. Ему пришлось выдать всего лишь пару предложений, чтобы убедить СиСи сесть и на одном дыхании сочинить больше десятка оригинальных мелодий за те три недели, что прошли после доставки инструмента. Кертис все это время внимательно слушал, кое-где подправлял ноты, удлинял проигрыши, чтобы получился новый хит: с ним Джимми, которого он отчаянно хотел включить в свой список молодых дарований, взлетел бы на вершины чартов. СиСи впитывал каждое слово, уважая Кертиса не только за деловую хватку, но и за неподдельную любовь к музыке, а еще за то, что тот открыл ему глаза – СиСи захотелось быть чем-то больше, чем второсортным композитором ритм-н-блюза. СиСи жаждал стать частью команды Кертиса, поскольку с предельной ясностью увидел, что когда-нибудь то, что они делают, войдет в историю. Он даже не расстраивался, когда Кертис переписывал его песни, просто склонялся над пианино, слушал и кивал, пока тот мерил маленькое помещение шагами, фонтанируя идеями, а СиСи играл и играл до поздней ночи.
– Должен быть какой-то способ нести нашу музыку в массы, – сказал Кертис, прищурившись и наклонившись к Джимми, – но только в этот раз нам самим. Чтобы самим зарабатывать деньги.
Джимми смерил его взглядом:
– Марти, этот парень мне толкает какую-то туфту.
– Да я слышу, малыш, – засмеялся Марти, но ухмылочка сползла с его лица, как только СиСи запел.
– Купи мне «кадиллак», «кадиллак», «кадиллак», – пропел он, сыграв на пианино привязчивый мотивчик.
Саксофонист опустил свой инструмент и наклонился поближе, а Лоррелл подошла и тоже подключилась со своим «о-о-о!».
– Купи мне «кадиллак», «кадиллак», «кадиллак», ведь я звезда, а значит, будет так, будет так, будет так, как я хочу-у-у-у, – пропел СиСи чуть громче, а Дина и Эффи присоединились к Лоррелл, как делали бесчисленное количество раз, когда СиСи придумывал им новую песню на конкурс талантов. Скоро и Джимми начал притопывать в такт ногой.
– Слушайте, я понимаю, что вы, ребята, пытаетесь сделать, но ничего не выйдет. – Марти ударил кулаком по столу. Ему было ясно, что Кертис претендует на его звездного – и единственного – клиента. – Джимми Эрли – это вам не уличная девка в ожидании первого клиента, а признанный артист, и у него контракт со звукозаписывающей компанией.
– Ага, с местной компанией, которой без году неделя и которая не может продвинуть его в ротацию, – мягко заметил Кертис.
– Ну, с этим я ничего не могу поделать, – пробормотал Марти, а Джимми тем временем сел за столик и ловил каждое слово их перебранки.
Кертис покачал головой и обратился к Джимми:
– Одна запись, приятель. О большем я и не прошу. Одна песенка, простая мелодия, которую сможет запомнить каждый.
Марти выпрыгнул из-за стола и схватил свое пальто и шляпу. Кертис почувствовал, что нащупал у оппонента слабое место.
– Вы знаете, как сейчас песни становятся хитами? Звучат в машинах! Хиты – это те песни, под которые приятно вести автомобиль!
– Да, но поклонники Джимми все больше на автобусе, – фыркнул Марти. – Пойдем отсюда, – сказал он, протягивая Джимми пальто, но тот встал и прошел мимо него к пианино.
Кертис улыбнулся. Марти, потерпев поражение, снял шляпу и плюхнулся обратно на свое место.
– А ты уже придумал переход? – спросил Джимми у СиСи; он щелкал пальцами и подпевал вместе с девушками.
4
Жанр музыки, представляет собой негритянское религиозное песнопение на евангелическую тематику.