Он оценил открывающиеся перед ним перспективы. Например, вновь поселиться в Мадриде. Уже давно ректор кафедры антропологии Автономного университета Мадрида упорно уговаривал Себаштиану прочитать курс в подведомственном ему отделении: большой преподавательский опыт, работа в качестве эксперта-криминалиста, дюжина опубликованных книг делали профессора ценным кадром.
Португалец осознавал, что чем дальше, тем больше он прикипает сердцем к дому на Олавиде и постепенно начинает воспринимать его как родной очаг.
Его отец.
Умом он понимал, что слишком строго судил память своего отца, позволив иррациональным чувствам одержать над собой верх, и это его бесило. Что он еще должен был думать о роли отца в самоубийстве матери? Себаштиану со вздохом подумал, что несправедливо взваливать всю вину на отца. Полной неожиданностью явилась для него та искренняя привязанность, которую питали «Друзья Кембриджа» к отцу. Раньше он считал, что у человека мрачного и нелюдимого (каким он стал после смерти матери) не может быть друзей. И все же рафинированные и широкообразованные члены философского общества не скрывали своего уважения к нему. Может, они разглядели в нем замечательного человека, которого Себаштиану знал и любил в детстве, а потом полжизни пытался забыть? Невероятно, чтобы люди безупречных душевных качеств восхищались равнодушным существом, хладнокровно бросившим сына-подростка. Себаштиану предстояло открыть в Мадриде немало тайн.
И возможно, познать себя.
Два часа спустя Себаштиану ушел из университета. Путь его лежал в центральный комиссариат, где он планировал встретиться со своим коллегой – через него Португалец обычно поддерживал связь с Интерполом.
Через полчаса профессор прибыл на место. Таксист высадил его у входа, и он не мешкая взбежал по лестнице, очутившись в приемной, маленькой, функциональной, пропитанной застоявшимся запахом пота. Себаштиану подошел к дежурному, сидевшему за деревянной стойкой, и предъявил документы. За спиной полицейского на стенде висели фотографии разыскиваемых и задержанных преступников. Правее помещалась еще одна серия фотографий. Эти люди проходили совсем по другим сводкам: пропавшие без вести молодые люди и дети, которых, увы, могут не найти никогда. Полицейский поднес удостоверение к сканеру, чтобы сохранить изображение в журнале посещений.
– Вы к кому идете?
– К инспектору Дэнни Мактиру.
Мактир, шотландец под два метра ростом и весом в сто килограммов, выступал в роли связного с мировым агентством по криминологии. Полицейский кивнул, поднял телефонную трубку и набрал три цифры. Понизив голос, он коротко переговорил с кем-то и, положив трубку, сказал:
– Инспектор к вам сейчас выйдет. Подождите здесь, пожалуйста.
В самом деле, вскоре могучий шотландец показался на пороге двери, которая вела в служебные кабинеты комиссариата.
– Себаштиану! – воскликнул он, по обыкновению, поставив ударение на вторую гласную. – С чем пожаловал в нашу скромную обитель?
Они поздоровались, крепко пожав друг другу руки. Инспектор щеголял в коричневых вельветовых брюках (причем его живот слегка нависал над ремнем) и клетчатой фланелевой рубашке. Светлые волосы он стриг очень коротко. Мактир был классным профессионалом.
– Ничего особенного, Дэнни. Мне нужно заглянуть в базу данных ВИКАП.[69]
Агент схватил его за локоть и потащил к служебной двери.
– Никаких проблем. Пойдем, я пристрою тебя за какой-нибудь терминал. – Он прищурился и состроил подозрительную мину. – Ты впутался во что-то, о чем я не знаю? Смотри, если это так…
– Куда же я без тебя, Дэнни, – со смехом отвечал Себаштиану.
Они вошли в комнату, до отказа забитую столами и детективами. Некоторые подняли взгляд при их появлении, но в комнате царили шум и неразбериха, так что большинство просто не обратило на них внимания. Они протиснулись к столу, загроможденному ворохом бумаг.
– Как вижу, проблема порядка по-прежнему стоит остро, Дэнни, – весело заметил Себаштиану.
Мактир передернул плечами и расчистил место перед компьютером, убрав часть бумаг в ящик. Наконец он уселся.
– Итак, рассказывай.
Себаштиану вкратце поведал о серии жестоких убийств в Мадриде, о Каине и отряде убийц. В течение получаса они обсуждали это преступление, наконец Дэнни встал, уступая Португальцу место.
– Действуй. Пароль ты знаешь.
– Спасибо, Дэнни. Я твой должник.
69
Violent Crime Analisis Program (VICAP) – программа изучения случаев насильственных убийств, разработка ФБР (ВИКАП).