{14.42.20} Тем временем на берегу верхом на своей лошади опрометчиво появился один из жителей Юлина. Изрядно отягощённый выпитым вином и при этом сопровождаемый весьма представительной свитой, он принялся через Гудскалька говорить данам разные ласковые слова и обещать, что на следующий день заключит с ними мир и даст им заложников, прося данов взамен пожалеть то, что осталось от их имущества, и воздержаться от грабежа. 2Когда же он захотел вернуться домой, то в своей заносчивости слишком сильно пришпорил коня, из-за чего тот ‘неожиданно споткнулся’, и ‘горожанин, [выпав из седла], сильно ударился о землю’ и распростёрся на ней едва живой. 3Слуги немедленно бросились к нему на помощь, тщетно пытаясь поднять упавшего, ведь из-за столь сильного падения он, казалось, вовсе лишился чувств и уже не дышал. Впрочем, когда до них стали долетать наши стрелы, [они бросились бежать], позволив врагу взять их господина в плен. 4Людиa Абсалона тотчас же забрали его к себе в лодку и доставили на борт либурны. Когда он снова смог видеть и начал шевелиться, он подумал, что находится у своих, и принялся обнимать и целовать тех, кто был поблизости, 5немало повеселив этой своей ошибкой всех, кто это видел499.
{14.42.21} Тем временем по войску распространился ложный слух о том, что множество неприятельских кораблей заняло устье Свины, чтобы помешать данам уйти отсюда. 2[Однако взятый в плен] варвар решительно отмёл достоверность этого слуха как не соответствующего действительности, утверждая, что ‘ему доподлинно известно’: склавы не могут сравниться по своей мощи с данами. 3[По его словам], даже если войско поморян должно будет сразиться с данами в союзе с полонами, лично он посчитал бы для себя более безопасным и предпочтительным оказаться на стороне данов, чем наоборот. 4Впрочем, если поляне и склавы решат сразиться с данами, получив при этом помощь ещё и от саксонцев, то в этом случае он, пожалуй, уже не будет знать заранее, чья из сторон будет ближе к победе. 5Эти слова заставили наших [воинов] с ещё большим презрением к врагу желать как можно быстрее плыть вперёд.(л.175)||
{14.42.22} Страх так сильно подорвал дух склавов, что против своего обыкновения они не считали для себя безопасным нападать даже на те корабли, которые шли позади остальных. 2И даже когда корабль Петра по прозвищу Тоддо налетел на жерди и был так сильно повреждён, что для восстановления ему пришлось отстать от своих товарищей, никто так и не посмел причинить ему вреда, хотя всё то время, пока продолжалась починка, он был в полном одиночестве и совершенно беззащитен. И лишь когда поломка была устранена, судно отправилось следом за своими товарищами, благополучно и без помех присоединившись к остальному флоту. 3Вот до какой степени испытанный недавно склавами страх заставлял их обуздывать свои своеволие и дерзость! 4Как бы то ни было, не подвергаясь более ничьим нападениям, наш флот [спокойно] завершил этот поход и вернулся домой. Оставшаяся часть года была посвящена отдыху.
{14.43.1} Между тем Казимар и Бугисклав из страха перед мощью данов покорились Хенрику, превратив своё остававшееся до сих пор свободным королевство в саксонский лен500. 2Опасаясь одного из своих неприятелей, они надели на себя ярмо от другого и, желая получить от него помощь, лишились тех прав, которыми располагали благодаря своей былой вольности. 3Однако Вальдемар, полагая, что поддержка саксонцев ничем не поможет склавам, с равным презрением относился к обоим своим врагам, вследствие чего, собрав свой флот, он решил отправиться к {Г. Штитин} самому древнему из городов Померании — к Штитину501. 4Впереди его флота шёл Абсалон, при этом тот, кто указывал ему путь, [как оказалось], сочувствовал жителям Штитина. 5Из-за его измены понтифик поплыл по реке Оддора не так, как следовало, в результате чего, смешав порядок, Абсалон прибыл к городу последним, после остальных, кто добирался до места более коротким прямым путём. 6Штитин знаменит тем, что окружён огромным высоким валом, причём природа и прочие укрепления защищают его так хорошо, что этот город можно считать почти неприступным502. 7Это даже вошло в поговорку; {Поговорка} когда кто-то самонадеянно похваляется тем, что ему ничто не угрожает, ему [обычно говорят, что] он отнюдь не за стенами Штитина.